Вестница

Он не имел под рукой подходящего материала для заключительного эксперимента. Никто из тех, до кого он мог дотянуться, не подходил по характеристикам. А заниматься поисками подходящего ему было запрещено, в успех этого мероприятия не верили. Сумасшедшим ученым, который идет всем наперекор ради своего дела, он никогда не был. А терять очень комфортные условия, в которых он жил и работал, Ларс не хотел. Один эфир такого не стоил.

Опасность была в том, что у этого опыта однозначный результат. К нему нельзя подступиться осторожно, не будет этапа проб и ошибок.

То, о чем Эрнессе знать не стоит. Судя по всему, она была уверена в том, что Ларс способен помочь ее пациенту. Знай призрак о ровно такой же вероятности сгубить парня, был бы куда осторожнее в своих стремлениях.

Ларс внимательно следил за изменениями в эфире с помощью магического зрения, делавшего глаза любого мага синими. Потоки силы и энергии ложились гладко, безукоризненно, насыщая предмет особыми свойствами.

От предвкушения холодило позвоночник и покалывало кончики пальцев, из-за чего даже пришлось отложить тончайшие приборы, которыми он работал, и размять руки. Его поглощало странное всеобъемлющее безумие, присущее столь малому количеству людей. Тем, кто способен отстраняться от мира, чтобы проникать в самую глубину собственных идей. Его отличал безумный азарт, превращавший его в гончую. Это чувство не отпускало и гнало его до самого конца, словно щелкавший над головой кнут.

Во время этого бешеного бега не успеваешь ни в чем сомневаться. Решения принимались столь молниеносно, что их невозможно было обдумать. Он поступал в соответствии с собственными инстинктами. Подобный способ мышления перенесся на всю его жизнь.

Неожиданно пришла Оленна и принялась топтаться у порога. Проникнуть внутрь драгоценной лаборатории ей было не суждено. Ларс никого и никогда сюда не пускал. Эта часть дома была объявлена священной и имела такой уровень магической защиты, с которой спорить мог только тронный зал королевского дворца в столице.

Ларс скупо ухмыльнулся. Охранная магия, имеющая тесную связь с ним самим, в некоторой степени отражала его собственное отношение к тому или иному человеку. Когда слуги крутились неподалеку от лаборатории, защита оставалась такой же сильной, но спокойной. Появление же Оленны вызвало в магии отторжение.