Вестница

Еще каких-то полчаса, и она будет на пороге смерти.

Он изменил зрение, его глаза стали синими, и он увидел ее ауру. От той остались лоскуты. От мысли, что ее жрут прямо сейчас, в эту самую секунду, стало отвратительно до судорог.

Ларс обратился к собственной силе и окутал их обоих тройным пологом. Отогнать призраков он не может, но он в силах оторвать их от нее. Под защитой чужой энергии эти твари не смогут добраться до ее собственной ауры.

Темные были опасны. Это души, которые не справились со своими страданиями.

Чувства их не покинули даже после смерти и привели их к безумию. Также темными становились те, кому вестники не дали покоя. Такое случалось редко. Долго существовать в материальном мире души не могли, контраст с жизнью приводил их к безумию. В них просыпался голод, утолить который в силах только энергия вестников, как связующих двух миров.

Ларс поднял женщину на руки и вынес из комнаты. Посреди коридора замер, осознавая весьма неприятную мысль. То, что случилось здесь… не из-за него ли?

Он шепнул одно-единственное слово, и в его руке оказался эфир.

Он покосился на него с неприязнью. Если все из-за этого, то за свою опрометчивость придется расплачиваться, но для начала вестницу нужно спасти. Возница все же его дождался, хотя был явно недоволен тем, с какой ношей на руках вернулся его клиент. Это вызывало подозрение. Глаза Ашары были плотно закрыты — вестницу в ней ничего не выдавало. Поэтому он все еще недоумевал, отчего у него мороз бегает по коже. Должно быть, если бы не обещание господина об уплате, он поспешил убраться отсюда.

Пока они добирались до его дома, Ларс не отпускал Ашару, держа ее голову на своем плече, постоянно растирая ей руки. Он очень осторожно делился с ней своей энергией, боясь причинить ей боль. Пробиться в ее сознание он не мог. Телепатия позволяла только читать мысли, но этот дар не был связан с влиянием на сознание, как у менталистов. Обладай он их способностями, смог бы вытащить ее из темноты, в которую она рухнула. Он лишь немного улавливал ее эмоции, из-за своего состояния она почти ничего не чувствовала.

За всю дорогу веки вестницы даже ни разу не дрогнули, что начинало пугать. Маг отдал ей много энергии, но все провалилось словно в бездну. Делиться больше он боялся — превышение допустимой нормы чужой энергии может не усвоиться ни телом, ни магической аурой.

В дом Ларс внес женщину на своих руках.

— Господин? — управляющий по счастливой случайности еще не ушел спать.

— Одеяло и грелку, живо.