Осколки

Да только у глаз серых своя правда. И смотришь в них — приговор свой видишь.

А дружина уж волноваться начала. Чего ж князь медлит? Всё смотрит на девку варяжскую — околдовала его, что ль? И воевода уж над ухом склонился, прошлый разговор вспоминает.

А глаза серые всё смотрят, смотрят. Прямо в душу князю заглядывают. Уже и за локти дружинники взяли — смотрят. Уже и князю в руки толкнули. Смотрят.

Ох, не смотри, Горислава! Не береди душу! Что должно, то и будет. Отказала князю, перед всей дружиной унизила — вот и получай.

Не должен князь прощать обид. Никаких. Безжалостным быть должен, чтобы дружина не отвернулась, чтобы на смех не подняли. Чтобы враги расправы боялись. Вот потому заколют твоего отца, Горислава, как свинью последнюю. И братьев туда же. Ты княгиней станешь, муж твой в приданое весь Полоцк получит. Ну, а сейчас…

Не смотри, Горислава. Закрой глаза. Авось, хоть чуточку, да полегче будет.

5. Лошадь (фэнтези, бордель, магия)

Сегодня в борделе было на редкость мало народу – пара грабителей могил да уже где-то надравшийся матрос, непонятно каким ветром занесённый из порта в Нижние кварталы.

Видать, остальному сброду, обычно приходящему в заведение мамаши Хильды, наконец-то надоела жадность и сварливость старой ведьмы. Вот и решили подыскать местечко получше. Ну и хвала Творцу.

Тьфу! Да какой Творец в этой выгребной яме? Уже сколько времени Ли́са не живёт в монастыре, а дурацкое присловье всё никак не отлипнет. Вдолбленный святошами бред.

Потянувшись, девушка закинула ноги на стол.

Разрезанный спереди подол разошёлся по самый пах, но её это ни капли не смущало - на собственную наготу и правила приличия ей было наплевать ещё в монастыре. Да и какие приличия в борделе?

Из погреба вышла хозяйка – выкатила бочонок той лошадиной мочи, которую здесь называли элем. Заметив, что Лиса так откровенно бездельничает (вместо того, чтобы броситься на помощь), старуха немедленно разразилась отборной бранью. Но девушка и ухом не повела – пускай себе орёт. Народу никого, денег мало – вот и бесится, старая сквалыжница.

А вот некоторым всё неймётся. Бросив на Лису осуждающе-испуганный взгляд, Эви кинулась помогать хозяйке. Пф! Она, конечно, девочка хорошая и добрая. Но наивная, прям через край. И глупая. До сих пор не понимает, когда нужно шевелиться, а когда можно и пропустить мимо ушей. Вот уж про кого можно подумать, что она из монастыря! Вроде и жених оказался последним ублюдком - из-за него-то Эви здесь и очутилась.