Осколки

– Я…

- …Да-да, ты – моя учительница, - перебил Максим, покривившись. – Слышал уже. Много раз. Ну и что?

- И то, Макс… Максим. Ты не только мой ученик, ты ещё и несовершеннолетний. Хочешь, чтобы меня посадили?

Глядя в серые глаза, парень ухмыльнулся.

- А мы никому не скажем.

С этими словами он было хотел обнять Юлю, но та не позволила, отойдя на шаг.

- Я тебя очень прошу! Хватит! Ещё не хватало, чтобы нас кто-то увидел!

- Плевать! – отрезал Максим, всё же привлекая девушку к себе. – Я тебя люблю!

- А о моих чувствах ты не думал??

Парень криво усмехнулся.

- Думал, Юль. Больше, чем думаешь ты. Но я тебе не верю.

Поначалу девушка подумала, что ослышалась.

- Что?? – ахнула она, возмущённо глядя в зелёные глаза. – Так значит по-твоему…

- По-моему, даже если бы ты меня любила, то всё равно бы не сказала. Ученик же. – Максим снова улыбнулся. – Поэтому у меня есть шанс.

С этими словами он поцеловал учительницу.

3. Неверная (любовный треугольник, разница в возрасте, фэнтези)

— Прошу вас, милорд! Умоляю!

Алвейн почти повисла на руке мужа, но тот, казалось, этого даже не заметил.

— Вижу, мои советы пропали втуне, — произнёс герцог. — Ты меня не услышал.

Он говорил холодно, но во взгляде бушевала ярость. Вытянутая вперёд рука сжимала клинок, остриё упиралось в грудь юного рыцаря.

— Услышал, Ваша Светлость. — Тот старался говорить спокойно, даже легко. — Я пытался быть «благоразумным», как вы и советовали. Пытался забыть миледи. Но… — Взглянув на Алвейн, рыцарь улыбнулся. — Я люблю её.

— Нет! — На лице девушки застыл ужас, во взгляде металось отчаяние. — Не слушайте его, милорд! Он болен! Он бредит! Это… я….

— Довольно, миледи, — отрезал Мелигер. — С вами я буду говорить позже.

Десяток ударов сердца он молча смотрел на юнца, осмелившегося забраться в спальню его жены. Ночью. Да ещё заявлять такое! Щенок!

Сжав рукоять крепче, герцог…

— Мне следовало бы заколоть тебя, как свинью, мальчик. — …убрал клинок в ножны. — Но твой отец был мне как брат, я слишком чту его память и дорожу нашей дружбой.

Алвейн не верила своим ушам.

— М-милорд… вы…

Но герцог не дал себя перебить.

— Поэтому тебя казнят, как благородного человека. Это единственная милость, которую ты заслужил. Стража! В темницу его.

Вскрикнув, юная герцогиня лишилась чувств. Рыцарь было кинулся к ней, но подоспевшие гвардейцы схватили юношу и вывели прочь.

Закрыв дверь спальни, Мелигер уложил супругу на постель, а сам сел в кресло неподалёку и принялся ждать.