Не зли училку!

Вязки тоже найдём.

— Я не эльф, — коротко озвучил пришелец своё не ушастое происхождение.

Коротко оглядела. Шорты не носит. Волосатость повышена там, где надо — на голове. Длинные изящные руки и ноги. А вот реакция плохая. Шустрее надо быть, когда в тебя ананас летит!

Рядом со мной упало долговязое тело. Воинственная роженица зарычала. Я вскочила, растерянно переводя взгляд с неё на пострадавшего.

Уверена, если кто-то сейчас кто-то нас увидит, то однозначно сделает правильные выводы — злобная эльфа пристукнула ананасом рядом проходящего парня.

Глава 5

Настроение падало стремительно. Уже и пляжик не очень-то и манил. И солнце низко стояло над горизонтом, багровым светом озаряя пальмы.

Осторожно ощупала голову пострадавшего парня. Длинный ноготь окутался знакомым сиянием, притянулся к затылку. Дыхание затаила, но пытаться отдёрнуть руку не стала. Если в этом мире правда откроется психушка, то первой пациенткой буду я. Все показания есть — горячечный бред о том, что лечу ногтями, и отменные галлюцинации присутствуют.

Второй пациенткой будет беременная психопатка. Мельком на неё глянула. Пока беременная! Интересно, новорожденный тоже будет пытаться меня убить? У них явно что-то личное к эльфам.

Сияние погасло. Кровь парня, что осталась на моей ладони, стремительно впиталась в кожу. Расширенными глазами посмотрела на пациента, отползла в сторону. Я уже поняла, что галлюцинации здесь были красочными и качественными.

Парень открыл глаза, приподнялся на локтях. Зафиксировал меня плавающим взглядом.

— Мама? — уточнил он заплетающимся языком.

Ну вот на такое я точно не подписывалась!

— Мама! — зарычала роженица, поднатужившись.

— Мама! — заскулила я, понимая, что грядёт самый ответственный момент. А я не готова. Совсем!

— Наталья Юрьевна, ты что здесь творишь? — услышала я изумлённый голос, — а Джей ещё уверял, что тебя искать не надо, ты единственное страшное существо в джунглях.

А коллега, значит, этому поверила, и особенно не рвалась на поиски?! Я злобно посмотрела на огромного получеловека-полуволка, стоявшего за спиной Маринки, и виновато разводившего лапами.

— За что ты его так? — сострадательно сказала Маринка, опускаясь на колени перед парнем.

Тот повернул к ней непонимающий взгляд.

— Мама? — уточнил он.

Этот младенец с щетиной начал уже утомлять. Но на ручки мне просится, и то ладно.