Предсказание для проклятого ректора

Поднимаясь из-за стола доброго господина, наткнулась на колючий взгляд ректора бри Оделла, который словно и не прекращал следить за мной всё это время. Может, он злился, что я отказалась присесть за их столик, но согласилась побеседовать с господином Жожи? По всем признакам — так и было. Если бы взглядом можно было резать, меня бы уже давно покрошили в салат.

* * *

Когда ректор бри Оделл и его приятель ушли, я смогла, наконец, выдохнуть свободно. Никто не буравил меня колючим взглядом, никто не заставлял чувствовать себя виноватой за то, что я согласилась на эту авантюру.

Я даже почти забыла, где именно обслуживаю посетителей ровно до того момента, пока первая «спутница» не направилась на второй этаж под ручку с клиентом. За ней почти сражу же последовала вторая, да и третья не заставила себя ждать. Словно ожидали, что кто-то решится взять на себя обязанность стать первой. Девушки не выглядели ни испуганными, ни замученными совестью. Поднимались весел щебеча и мило улыбаясь клиентам.

Всё выглядело невинным и добровольным, но где-то внутри меня снова поселилась неуверенность и чувство стыда, словно я совершаю что-то плохое, словно это я заставила этих девушек так поступить.

Продолжая курсировать по залу, исполняя пожелания и разнося блюда, я то и дело находила взглядом злополучную лестницу, ведущую в номера на втором этаже. Именно поэтому я стала первой, кто увидел её.

Одна из девушек спускалась по лестнице медленно, какими-то ломанными, неестественными движениями, словно деревянная кукла.

Она с силой держалась за перила и мне стало совершенно очевидно, что ей требуется помощь.

Я поставила поднос с грязной посудой на ближайший свободный столик и быстрым шагом направилась к девушке.

— Ты в порядке? — спросила я, нерешительно остановившись у лестницы и напряжённо наблюдая.

Она не ответила. Молча достигла последней ступеньки и внезапно начала заваливаться на перила. Я ринулась вперёд и обняла её за плечи, пытаясь удержать. По моим пальцам потекла кровь. С той стороны, с которой я наблюдала её спуск, этого не было заметно, но вся левая сторона нежно-голубого платья пропитала кровь.

Она текла по шее, спускалась по руке и её было столько, что я не могла разобрать — где же, собственно, рана.

Обхватив девушку обеими руками и едва удерживая чужой вес, я вытянула шею, пытаясь взглядом найти охранника.

К счастью, один из громил «Экзотики Рейжа» уже неторопливо двигался ко мне. Приложил палец к губам и покачал головой, приказывая молчать.