Искра в академии огня

Я боялась даже взглянуть на себя. Наверняка похожа на красную опаленную тушку утки. Поэтому я и смотрела на него. В эти карие с оранжевыми искорками глаза. Даже они напоминали собой костер. Но то были глаза спасителя.

Точно также просочившись через пылающую стену, мужчина вынес меня из жертвенного огня.

Не останавливаясь, он шагал через зал. Мужчины и женщины в балахонах расступались перед ним. Они молчали. Женщины охали или отшатывались в сторону от ужаса.

Они могли думать что угодно. Наверняка я теперь до конца дней буду походить на чудище.

Я ощущала ожоги на шее и лице. Но я осталась жива. Жива…

Мой спаситель вдруг остановился. Путь ему преградил тот самый тип с улыбкой, который предлагал оставить меня гореть заживо.

– Что ты делаешь?

– Уношу ее отсюда, – голос был низкий бархатный. Теплый словно летний вечер.

– Никто не имеет права прерывать ритуал боги Игнис!

– А я и не прерываю. Можете продолжать.

Ткань зашелестела по сторонам, шепоточки сложились в рокот, но никто не решился вступиться за меня.

– Игнис перенесла эту девушку сюда, – спокойно заметил мой спаситель. – Богиня выбрала ее, ты сам сказал. Если бы Игнис нужна была жертва, девушка была бы уже мертва. Она достаточно долго пролежала на алтаре. Если бы пламенем управляла богиня, не выжил бы никто.

Все молчали. Только пламя продолжало реветь за спиной моего спасителя.

– Ей нужен лекарь…

– Избранная богиней Игнис ни за что не покинет замок! – перебил улыбчивый. – Здесь средоточие сил Игнис. Здесь ее жрицы и самые верные адепты.

На это спаситель промолчал.

– В лазарете у нас наверняка отыщется свободная койка.

Сделав шаг в сторону, мой спаситель направился к огромной двустворчатой двери. Но пока он не успел отойти далеко, я услышала шипение улыбчивого:

– Если Игнис призвала ее в качестве жертвы, девушка все равно умрет.

Глава 3

Просыпалась я медленно. Сознание выплывало из темноты. Еще продолжали вспыхивать обрывки снов: голубой океан, теплый песок на пляже. Я шла по нему босиком.

Вот только песок был горячий. Очень! Он жег ступни все сильнее. Обволакивал ноги. Песчинки, казалось, ввинчивались в кожу через поры. Затем я вдруг уже шла по раскаленным углям. И вот эти угли загорелись, а языки пламени вспыхнули ярче тысячи солнц…

– А-а-а!

Одновременно с криком я села и распахнула глаза.

Сердце колотилось как у загнанного кролика.

Кровать была узкая и жесткая. Но постель чистая. Ткань еще похрустывала под моими судорожно сжатыми пальцами.