Аделина - вдова некроманта

Для Эвелины это был вообще рекорд - целых два месяца! Да и Сириус был весьма увлечен. Так что, мы надеялись, он поверит, что амбициозная и тоже, якобы обиженная на родню и страну, девушка согласится ему помочь.

- Ясно, - я вздохнула, обсуждать госпожу Рэдлоу больше желания не было. И вообще стало как-то грустно. Невеста у графа Блэквурда - замечательная, подруга - чудесная, ими он восхищается, и только я бедная родственница, с которой не нужно считаться.

- Спокойной ночи, Роберт, - тихо сказала я и хотела возвращаться в спальню, но мужчина резко перехватил меня за руку.

- Ты обиделась? - как-то глухо и напряженно спросил он, - Аделина, если бы не крайняя необходимсть, я не стал бы рисковать тобой.

- Я понимаю, - ответила я, не поднимая глаз и пытаясь освободить из хватки свою руку.

- Проклятье, Аделина! - граф резко дернул меня на себя, - да посмотри уже на меня, не прячься! Я сам сто тысяч раз пожалел, что согласился на этот план! Извелся весь, пока мы ждали в засаде, если бы не Его Величество…- тут он вдруг крепко обнял меня, прижимая к себе.

Я стояла, ошарашенная, чувствуя, как гулко бьется его сердце, и, не зная как реагировать, подняла взгляд. И чуть не задохнулась, утонув в, горящих черным огнем, сумасшедших глазах Роберта. Он снова забирал мою душу, не сомневаясь, не спрашивая, как уже однажды забрал, вытащив из моего родного мира.

И я не в силах была сопротивляться под этим взглядом, я словно плыла куда-то в черном тумане с миллионом искр и в то же время чувствовала железную хватку объятий моего мрачного, резкого, упрямого некроманта.

И так захотелось отвлечься от всех навалившихся проблем, страхов, обид, так до боли захотелось стать необходимой ему, пусть и ненадолго, что я забыла про все свои клятвы не смотреть на этого мужчину, забыла о том, какой он гад и придурок, и что я должна его ненавидеть, и первая потянулась к его губам.

Роберт сначала вздрогнул,словно не ожидая такой моей реакции, но тут же перехватил инициативу и ответил жестким, властным, требовательным поцелуем.

Одной рукой он все так же крепко держал меня за талию, а другой сжимал затылок.

Я задохнулась от ярких ощущений и совершенно не заметила, как мы оказались а его комнате.

Ни я ни он не произнесли ни слова. Словно оба боялись разрушить очарование момента, боялись проснуться, протрезветь. Я не могла бы назвать Роберта нежнвм в постели, его напор напоминал жажду путника в пустыне, нашедшего источник воды.