Убойная академия

Я вздохнула. Мордобой был.

– Думаю, Керка Дагойн избил, – призналась я.

– То есть ты не видела? – сразу вычленила она нужное. – А если это было не в нашей комнате, то мы к этому отношения не имеем и танне Кавайи нас обвинить не в чем. А что там между ними случилось? Почему ты думаешь, что они подрались?

Я стрельнула глазами в Дагойна. Он опять изучал меня. На бедного Керка бы лучше смотрел. Хотя почему бедного? Видимые повреждения ему исцелили, а отсутствующий зуб не мешал радоваться жизни.

– Мне так кажется, – уклонилась я от ответа.

– Керк вчера пришел, когда тебя не было. Дагойн вышел с ним поговорить. Я закрыла дверь и не знаю, что там было дальше.

– А почему ты закрыла дверь? – вкрадчивый голос Дагойна прозвучал прямо над ухом. – И не открыла потом мне?

Но я даже не вздрогнула. Бабуля бы мной гордилась. Я повернулась и постаралась улыбнуться как можно соблазнительнее.

– Я уснула, – доверительно сообщила я застывшему Дагойну.

Почему я это сказала, так и не поняла.

Хотела же заявить, что отравилась вином или сыром? 

– Уснула?

Я опять ему улыбнулась, чтобы ничего не говорить. Врать больше меры не следует. Да и ответила я лишь на второй вопрос. Может, Дагойн забудет про первый? Он смотрел так, что очень живо представился вчерашний поцелуй. В груди разлился странный обжигающий жар. Губы пересохли, и я непроизвольно их облизнула, хотя хотелось другого – целоваться прямо здесь и прямо сейчас. Да что же это такое?

– Не надо на мне ничего отрабатывать, – хрипло сказал Дагойн.

– Что? – удивилась я.

Он не ответил, развернулся и прошел к своему месту, провожаемый моим недоуменным взглядом. Его хвост так бил в разные стороны, что не возникало ни малейшего сомнения – тан ужасно разозлился. Но что я такого сказала?

– Зачем ты так? – шепнула Мирейа. – Он тебя вчера сильно обидел?

– Почему ты так решила?

– Ты же его намеренно оскорбила.

– Я?

– А как, по-твоему, ему понять то, что ты уснула, не успел он отойти?

Я испуганно повернулась к Дагойну, но теперь он на меня и не смотрел.

Закаменевшее лицо, и взгляд строго вперед. Мама дорогая, почему я все так порчу? Что он подумал? И извиняться ни в коем разе нельзя, ибо извинение он примет только одно, к которому я не готова. Почему, почему у Зорга оказалась такая слабая голова? Вот из-за таких хлюпиков и приходится мучиться. Слабая голова и мокрые ладони… Фу, гадость какая! Я вспомнила руки Дагойна, обжигающие мою кожу.