Я - Тайига

К тому же Таюшка просто хотела кушать!

– Мяу, – печально согласились мы.

– Это ты виноват, что кошка вынуждена воровать. Подарил Таюшку змеюге Ригоне, а она ее не кормит. 

Подруга попыталась отобрать нас, но Анри ловко уклонился. 

– Ей приносили еды, но она отказалась, – возразил он.

– Значит, не понравилось, что принесли.

– Я не собираюсь подстраиваться под вкусы кошки! Или она ест то, что ей дают, или принцесса заведет себе новую игрушку. Не такую привередливую. 

– Вот в этом ты весь, Анри. Тебе плевать на других! Ты считаешь, что все должны жить по твоим правилам и плясать под твою дудку.

Страсти накалялись. Наглого типчика нам видно не было, но вот Нора обозревалась неплохо. По блеску глаз и нервно подрагивающей верхней губе я видела, как быстро подруга приближается к полной потере контроля над собой. Еще немного, и ее клыки заострятся. Вот тогда всем нам мало не покажется! 

– Чем моя дудка хуже хора служителей Святой Троицы? – продолжал все сильнее распалять ее Анри. – Ты одержима идеей стать монашкой.

А знаешь, каково это – лишиться всех радостей жизни? Посмотри на свою классную Агнесс – ей тридцать лет, а выглядит она на все пятьдесят. Ты этого хочешь? Разменять свою молодость на поклонение богам, которых в глаза не видела?

– Святотатец!

– Дура!

– Ребят, а давайте вы нас отпустите, и продолжите выяснять отношения, – предложил Риан.

Разумеется, ему не ответили. Нора тоненько всхлипнула, сжала кулаки и бросилась на нас. Ну, а мы от нее.

Нас раскачивало из стороны в сторону, пока наглый типчик петлял между столами и стеллажами.

Он смеялся, убегая от моей подруги, а она рычала. А потом они уже носились как угорелые молча, берегли силы, а перед нами мелькали книги, столы, книги… Длилось это довольно долго, пока Анри резко не затормозил и не развернулся. 

Наши глаза расширились от ужаса. На нас летела фурия: черные очи сверкают, клыки оскалены, волосы выбились из прически, плащ распахнулся, юбка задралась, грудь вздымается и опадает… 

– Мамочки, – прошептала я и зажмурилась.

В самый последний момент мы взметнулись вверх и, описав полукруг, ударились о спину Норы, в то время как моя подружка оказалась крепко прижатой к Анри.

– Отпусти немедленно! 

– Поцелуешь – отпущу! – прошептал этот нахал.

Она притихла, рука Анри разжалась, и мы шмякнулись на пол.

На некоторое время о нас забыли. Чему Риан несказанно обрадовался. А вот я сильно расстроилась по причине такой слабохарактерности подруги.