Ректор и 13-я студентка Глазовской Академии магии. Книга первая

- Что умеете? Какие таланты?

- Могу с бумагами работать, с архивом, а могу… могу и быть разнорабочей…- она не понимала пока, какие именно таланты его интересуют. Отчаяние в голосе было сложно скрыть.

Мира подняла глаза. Ректор откинулся на спинку кресла и еще более пристально смотрел на нее, словно он ее только что увидел и пытался понять, кто она такая и что тут делает.

- В объявлении не написано, какие именно работники вам требуются, - пояснила Мира, но взгляду ректора это понимания не прибавило. Он отвернулся и стал смотреть уже в окно.

Пока хозяин кабинета отвлекся, посетительница блуждала взглядом по комнате. Большой стол из настоящего дерева отделял ее от ректора, за его спиной стояли книжные полки с какими-то чудными изданиями, рядом с полкой висела старая карта, но очертания материков и водоемов Мира не узнавала, а названия прочесть не могла. Тут на полку запрыгнул пушистый белый кот, тот самый, что бросился ей под ноги и прошмыгнул в здание, потянулся и лег в позе сфинкса, хвост его остался висеть.

- Хотите чаю? – ректор встал и подошел к столику в дальнем конце кабинета.  На столике стоял чайник, который зашумел, начав греть. У столика стояли диванчики, мужчина удобно устроился, закинул ногу на ногу и жестом показал Мире на место напротив..

Когда вода закипела, ректор достал откуда-то две чашки, засыпал в заварочный чайник траву и залил кипятком.

Снова посмотрел на Миру, явно что-то обдумывая.

- Расскажите о себе, - как-то по-доброму предложил он.

- Я могу отдать вам свое резюме, - девушка порылась в сумке, достала папку и передала ее Рихтеру. Мужчина небрежно пролистал ее, захлопнул и бросил на столик. Ничего себе порядки!

- Расскажите о себе то, - повторил Рихтер, - что посчитаете нужным.

Девушка отпила чай, очень ароматный, с какими-то луговыми травами. Или это чай так подействовал, или что-то в тоне ректора показалось Мире дружелюбным, поэтому она рассказала то, что никогда бы не рассказала другому работодателю.

Нет, страшных тайн у нее не было, скорее наоборот, все было печально и обыденно. Папу своего она плохо помнила, мама рассказывала, что он исчез, когда Мире было семь лет, вероятнее всего, о существовании дочери забыл. Мама этот разрыв перенесла тяжело, могла целыми днями сидеть на одном месте и смотреть в окно, словно ждала своего любимого. Мира с ранних лет научилась делать все по дому, хорошо училась и ухаживала за мамой.