Кровные чары

Покончив со срочной работой, Эдриан вернулся к делу Колетт. Он хотел освежить в памяти все детали до того, как наведается в квартиру Люсьена де Варанте — консультанта, который присутствовал при вскрытии тела несчастной. К этому времени, ему удалось кое-что разузнать.

Те, кто знал Люсьена лично плохо отзывались о нем. Говорили, что он нелюдим, замкнут и угрюм. Все говорили, что между ним и Колетт была интимная связь, но никто не понимал, что могло привлечь красивую молодую девушку из обеспеченной семьи, да еще и аристократку, в человеке незаурядной внешности с отталкивающим поведением.

Самое интересное, что Эдриану удалось вычленить из разносторонних показаний было то, что перед отъездом Люсьен много времени тратил на прогулки по лесу, чего раньше делал изредка. А также, что он много интересовался семьей графа де Монклар.

Люсьен де Варанте жил в съемной комнате неподалеку от госпиталя. Улица, которая вела к его скромному жилищу, круто уходила вниз – к городской набережной. Вдалеке, между узко расположенными домами сочилась синева.

Никогда не видевший моря Эдриан остановился возле искомого дома. Он любовался кусочком лазури, блеск и переливы которого походили на самый дорогой самоцвет. Ему захотелось продолжить путь. Спуститься к пляжу и взглянуть на водный простор. Стоя у крыльца, мужчина, к собственному удивлению, боролся с собой. Со своим желанием увидеть красоту, о которой так много рассказывал его отец-путешественник. Наконец, интендант ступил на порог.

Эдриана встретил хозяин дома, которым оказался старичок с трясущейся головой.

Как и все остальные, он не видел Люсьена со дня смерти Колетт.

Комната находилась на втором этаже. Небольшое помещение под крышей вмещало в себя кровать, тумбу, платяной шкаф в углу и письменный стол со стулом у окна. По дороговизне убранство мало чем отличалось от таверн на постоялом дворе. Все скрипело, шаталось и, казалось, было готово развалиться под весом гостя в любую минуту.

Помещение Эдриану показывал хозяин дома, отперев дверь комнаты своим ключом.

Тот много причитал по поводу долга за жилье (Люсьен задолжал ему за три летних месяца), а потому был заинтересован, чтобы «молодого повесу прилюдно выпороли», а он «сдал квартиру более надежному и приличному человеку».

— Последний раз я видел Люсьена за два или три дня до его исчезновения. Он вновь наобещал мне, что скоро внесет плату за жилье. Тогда и речи не шло ни о какой поездке в Авинь.

— А почему вы говорите исчезновения? — нахмурился Эдриан.