Если верить лисам II

И я просто не могла чувствовать себя несчастной.

Я не была несчастной.

— Йормэ, я…

С губ едва не сорвалось необдуманное «тебя люблю». Сейчас я была готова признаться во всем. Эмоции подталкивали на безумства. Сдержаться удалось с трудом и лишь потому, что время было не самое подходящее.

Пообещав себе, что расскажу о своих чувствах, когда представится удачный момент — и пусть Йормэ делает с этим знанием что хочет, — я успокоилась.

— Что? — спросил лис, так и не дождавшись продолжения.

— Спасибо.

— Но, пирожочек, — произнес он с озабоченным видом, — кто же мог просить твоей руки у барона? Кто этот смертник?

Я пожала плечами.

Кандидатов было слишком много, и мне, наверное, не стоило даже удивляться. После того как я вышла в свет с Йормэ и завела дружбу с влиятельными драконами, стала если и не завидной невестой, то вполне перспективной инвестицией. Такие, как Джинти, осторожные и себе на уме, хотели заполучить мое расположение, чтобы использовать как посредника. Но могли быть и самоуверенные безумцы, вероятно не очень умные и бессмысленно амбициозные, возжелавшие такой многообещающий ресурс в единоличное пользование.

— Если это Киллиан… — недобро протянул Йормэ.

— Не говори глупостей. Если бы он хотел на мне жениться, то сразу бы заявил о своем намерении. Вот хотя бы когда похитил.

Стала бы наша свадьба одним из условий моего освобождения, и все дела. Нет, тот, кто пытался заполучить меня через барона, явно знаком со мной не был.

— Может, мы зря так поспешно ушли? — пробормотал Йормэ, с сомнением глянув в начало дорожки.

— Не стоило ли нам расспросить твою мать? Узнать имя жениха, чтобы я мог его найти и умертвить.

Изо рта облачком пара вырвался мой усталый вздох. По коре дуба поползла изморозь — сила лиса снова вышла из-под контроля.

— Закон не одобряет смертоубийства, — напомнила я. — А ты вроде как стражник.

Йормэ проворчал что-то себе под нос, но оправдываться не стал.

— Может, перекусим? Кажется, я проголодался.

И я даже догадывалась, куда он собирается отправиться…

— Твоя любовь к сладкому едва не стоила тебе жизни, — напомнила я, чем ничуть не смутила лиса.

— Моя любовь к тебе стоила мне всех нервов и, вероятно, репутации. — Он широко улыбнулся. — Но я все равно ни о чем не жалею.

Мне оставалось лишь смириться: перед обезоруживающей прямолинейностью лиса я была беззащитна.

***

Несмотря на мой решительный отказ и поддержку Йормэ, остаток дня я провела в тревожных размышлениях.