Если верить лисам II

Лис легко переносил высокие температуры, и я ему часто завидовала, но сейчас, лежа в темноте и слыша его дыхание совсем рядом, почему-то вспомнила, как он мерз зимой. Его мало спасали толстые теплые свитера, и пироамулеты, что он использовал для обогрева, заряжать приходилось почти каждый день. Зимой лис всегда был взъерошенным, замерзшим и глубоко несчастным.

Я подумала о том, что зима должна была наступить довольно скоро. Еще я подумала, что могла бы делиться с ним своим огнем, как он сейчас делится прохладой.

— Йормэ…

— М-м-м?

— А я тебя люблю, — в сумасшедшем порыве откровенности, не задумываясь о последствиях, призналась я.

Наступившая сразу за этим тишина меня напугала. В голову полезла куча странных мыслей, начиная от понимания, что момент я выбрала довольно странный, и заканчивая подозрением, что чувства Йормэ изменились и я со своим признанием оказалась не очень уместна.

— Повтори, что ты только что сказала?

Не следовало бы лису требовать от меня что-то таким тоном. Я окончательно запаниковала и, не задумываясь, сказала:

— Ничего.

Сдаваться Йормэ не желал. Потянул меня за плечо, заставляя перевернуться на спину, и, сверкая в темноте глазами, возмущенно проговорил:

— Нет уж, так не пойдет. Я не был готов. Не прочувствовал момента. Давай еще раз.

Сопротивление было бесполезно. В какой-то момент я просто забыла, насколько лис может быть упрямым, вот и оказалась в такой ситуации. Бежать было некуда.

Я закрыла глаза, чтобы не видеть сияющего в темноте синего взгляда, и повторила:

— Я тебя люблю.

Почему-то вспомнились те неприятные сцены, что всегда следовали за признаниями в любви других девушек. Пощады Йормэ не знал.

На этот раз страшного не случилось.

После нескольких мгновений зловещей тишины, в течение которых Йормэ осознавал, что ему правда не послышалось, он неожиданно сжал меня до боли в ребрах и торжественно выдохнул:

— Я тоже люблю тебя, пирожочек!

Прохладные губы скользнули по виску, потом я почувствовала мягкое прикосновение к щеке, подбородку… В попытке увернуться я резко повернула голову и до звездочек в глазах врезалась во что-то.

Я быстро скатилась с постели и включила свет, чтобы узнать, что случилось.

Лис сидел на постели, зажимая нос рукой, сквозь пальцы у него сочилась кровь.

— Пирожочек, а ты жестокая.

Этой ночью спать мы легли поздно. Пока останавливали кровь, я беспрестанно извинялась, лис только посмеивался и вздыхал, разглядывая свое отражение в зеркале ванной.