Если верить лисам II

Выглядел не очень, но, если самоуверенность этих громил хоть что-то значила, свои функции выполнял исправно.

— От заклинаний они, может, вас и спасут, а от стихийной магии? — спросил лис. И, не дожидаясь ответа, организовал локальный снегопад посреди лета. У стены дома тут же выросли сугробы, трава в поле действия лисьего дара засверкала изморозью.

За несколько мгновений лед нарос на громилах по пояс. Они вырывались, ругались, обещали нам кучу проблем и все больше замерзали.

Мужчине в окне повезло меньше всего: его оледенение началось с рук и груди.

Глядя на это снежное безобразие, я задалась вопросом:

— А ты бы мог всю столицу погрузить в зиму?

Лис призадумался, процесс оледенения пошел быстрее. Громилы взвыли. Они перестали ругаться и начали молить о пощаде.

Бедолаги всерьез решили, что Йормэ собирается таким необычным образом убить их.

— В теории мог бы, — признался он. — Но дольше часа продержать такую большую территорию я не сумею и… вполне вероятно, замерзну сам.

— Насмерть?

Покосившись на меня, Йормэ лукаво улыбнулся:

— Если меня кто-то будет подстраховывать и отогревать, может, и не насмерть.

Когда все было завершено, снежные сугробы искрились под солнцем, а улицу украсили три ледяные статуи, внимание лиса вновь вернулось к дому по ту сторону пустыря.

— Пойдем?

— Знаешь, если бы ты стал преступником, стража с тобой намучилась бы, — вздохнула я.

Йормэ фыркнул и взял меня за руку.

— Приятно знать, пирожочек, что ты считаешь меня таким сильным, но правда в том, что просто они оказались слабыми. Эти люди нужны здесь, чтобы защищать дом от таких же бесполезных отбросов, как и они сами.

Не сделав и трех шагов, Йормэ остановился.

— Не могу отделаться от мысли, что все слишком просто складывается, — пробормотал лис.

— Нам все равно нужно туда идти, — сказала я.

Он неохотно кивнул и медленно двинулся вперед.

— Только, пирожочек, держись за мной и… будь готова жечь все, что покажется тебе странным.

Но жечь не пришлось. Мы без проблем миновали пустырь, ощущая себя беззащитными на открытом пространстве… только почему-то никто не попытался воспользоваться нашей беззащитностью и атаковать.

Дом был небольшим, с одним входом и наглухо заколоченными окнами. Путей к отступлению для тех, кто находился внутри, не было.

Мы встали перед старой дверью с единственной кривой ступенькой. Переглянулись.