Река времен

Второй комплект был для завтрашнего приема, и я велела развесить ткань, чтобы исчезли складки.

Так и не сняв с себя новый наряд, я уселась перед блестящим щитом, заменявшим зеркало, но уже было темно. Пришлось крикнуть, чтоб принесли огня. Пока Шанхаат зажигала лампы, я выбралась во дворик, чтобы без лишних свидетелей рассмотреть содержимое самирской шкатулки.

По верхней стороне резной крышки сплетались в узор резные ветви диковинных растений, а меж ними пели, раскинув крылья, перламутровые птицы. Ящичек запирался на простую бронзовую булавку с головкой в виде цветка.

Я осторожно заглянула под крышку. Там лежал красивый инкрустированный перламутром деревянный гребень для волос, небольшая подвеска для прически с прозрачным, как мед, куском янтаря, и маленькая глиняная табличка, надпись на которой гласила: «Ты будешь танцевать сегодня для меня?»

Воистину, наглость – второе счастье! Неужели он думает, что я дважды попадусь на этот трюк? Нет, для общего же блага будет лучше, чтобы он провел этот вечер один.

Конечно, надо бы поговорить, но я боялась оставаться с ним один на один. Иногда в глазах этого мужчины я видела неудержимый огонь желания, совсем как тот, из-за которого раскололась сущность Иинат.

Да, он могучий воин, да, его тело и лицо очень красивы, и худенький долговязый Энмер-ани выглядит на его фоне просто заморышем, убеждала я себя, возвращаясь в комнату. Но зато рядом с ним я не чувствую себя как уж на сковородке! От одного взгляда самирца меня бросает то в жар, то в холод, а мысли в голову лезут такие, что от зависти помрет и главная героиня любовного романа!

Нет, завтра же наберусь смелости и найду повод поговорить с обнаглевшим прЫнцем, просто выскажу все наболевшее ему в лицо, хотя приличные девушки так не поступают! А сегодня пусть поскучает один!

Бросив шкатулку на кровать, я уселась перед зеркалом расчесывать на ночь волосы, отослав поспешившую на помощь Шанхаат.

Волосы почти каждый день мне мыла Иба, полоща их в немного пенном отваре трав. От этого локоны становились мягкими и пушистыми.

Сейчас из темных глубин зеркала на меня смотрела уже не заморенная бледная девочка, какой я увидела себя больше четырех месяцев назад, а прекрасная молодая девушка с нежной кожей и розовыми чуть пухлыми губами. Бездонные голубые глаза, окаймленные густой каймой темных ресниц, завершали образ.