Хозяин Седых холмов

Глупый вопрос − откуда Владивой мог знать планы безобразных изгоев?

Однако наставник ответил. И то, что сказал, заставило похолодеть.

− Для опытаний небопротивных, − мрачно изрёк следопыт, и Ледорез поёжился. Мгновенно вспомнилась кошмарная лаборатория в Хотенеевой темнице. Отрезанные конечности, кишки, потроха, парящий череп и одуряющая вонь...

Твою мать.

− Что за опытания такие? − хрипло выцедил он.

Ловец пожал плечами.

− Чего не знаю, того не знаю. Но в горах с недавних пор пастухи начали пропадать. А ежели ночью глубже за перевалы зайти, можно крики услышать.

И стоны.

Яромир скрежетнул зубами. Погань...

Навязанный провожатый, конечно, как собаке пятая нога... но всё ж таки жалко его, бедолагу. Такой судьбы врагу не пожелаешь. Да только...

− Горыня хороший парень, − подал голос Марий, возникая в изножье. Смотрел призрак строго, а говорил твёрдо. − Он не заслуживает, чтобы его выпотрошили, как молочного порося в день Жатвы.

− Ты сам говорил, от него надо отделаться, − пробормотал Яр вполголоса.

Ловец, вроде не услышал.

− Да, но не так же! − воскликнул Полумесяц, всплеснув руками. − Бросить его удумал? Обалдел? Он − твой младший. Сражался с тобой бок о бок. Из болота вытащил. Ты обязан...

− Кишкой обвязан! − сердито рыкнул Ледорез, запоздало сообразив, что говорит слишком громко.

Он осёкся, боясь поднять глаза на бывшего наставника. Отвернулся. Посмурнел. Однако Владивой обошёлся без лишних вопросов и по-отечески потрепал его по плечу.

− Не боись, − улыбнулся следопыт и заговорщически подмигнул.

− В курсе я, что ты опосля бойни умом слегонца тронулся. В бреду такого наболтал − вспоминать страшно. Всё Мария звал. Потом бабу какую-то. Говорил с ней подолгу. Обнять норовил. Эх...

Яр почуял жар у щёк и понял, что пошёл пятнами.

Проклятье...

− Вижу, дорог тебе младшой твой, − сделал Ловец неожиданный вывод. Похоже, читать следы у него получалось куда лучше, чем мысли. − Как ты когда-то свому старшему.

Ледорез вскинул голову и уставился на Владивоя.

− Да-да, − закивал тот.

− Думаешь, раз я стар, в памяти дыры мыши прогрызли? Нет уж. Всё помню, как есть. Ты, значится, с охоты в урочный час не вернулся, и княжич наш полулунный искать тебя сподобился. Хоть я и запретил, и даже высечь грозился. А он, стервец эдакий, улизнул. За тобой отправился. И не зря: тебя чуть пещерный нанук не заломал [2]. Если б не Марий, ты бы давно... − он покачал седой головой и махнул рукой. − Эх! Славные были денёчки!

− Да... − Яромир понурился.