Будь моей, ведьма

А судя по пылающему ярко-алым светом рубину в центре круга, начальство прислало ответ. Забрав амулет у подчинённого, Верьев сразу же приложил тот к виску и прикрыл глаза, считывая послание.

— Нам приказано заняться разведкой и как можно быстрее связаться с первой заставой, — наконец сказал он, увидев выжидающие взгляды. Сюда направляются регулярные войска.

— Война? — взволнованно спросила магиня.

— Война, — подтвердил капитан. — Если не сумеем договориться.

Глава 7

Слухи о нападении змеелюдов вызвали резонанс в империи.

Кто-то относился к ним как к неудачной шутке, кто-то считал, что имперцам ничего не грозит, так как северный предел, в их представлении, находился на самом краю света. Кто-то запаниковал с первых минут и бросился домой, собирать ценные вещи, чтобы сбежать в другую страну и переждать там неожиданное лихо. Ну а кто-то отправился к военным ведомствам в своих городах. И эти люди делились на два типа. Одни собирались в группы и требовали дать им ответ, что именно военные собираются делать дальше, и как защитят мирных жителей, если пришлые чудовища доберутся до городов. Многие были наслышаны о зверствах, творимых змеелюдами на их континенте. Правдивая информация смешивалась с дичайшими вымыслами, и это приводило людей в ужас. Вот они и кричали под стенами военного ведомства, желая лишь одного: чтобы им сказали, что всё будет хорошо, и победа имперской армии случится чуть ли не в ту же минуту.

Вторая часть людей также оккупировала государственные здания, но уже желая записаться добровольцами и идти бить врага, посмевшего покуситься на чужую землю.

В основном это были старые вояки, уволившиеся в запас или по состоянию здоровья, или же по настоянию семьи. Но также пришло и множество молодых парней, грезящих подвигами и славой. Унтер-офицеры, поставленные на ворота, упарились отваживать таких героев, заверяя, что сил действующей армии вполне достаточно. Только разве ж такое остановит молодую и горячую голову?

В одном из небольших городов такие горе-вояки умудрились подловить целого полковника, когда тот возвращался после обеда из дома.

Несчастному мужчине ничего не оставалось делать, как пообещать, что всех желающих внесут в список, и если военным понадобится пополнить личный состав, то записавшихся вызовут в первую очередь. И только тогда его отпустили, вернувшись к уморённому дневным зноем и надоевшими героями унтер-офицеру. А полковник, быстро забежав в здание, подумал, что на поле боя как-то спокойнее и понятнее.