Непокорный трофей

– Какого тролля, Хельда? – выкрикнул Кнут, напустившись на ведьму. В его голосе отчетливо слышался гнев, бессилие, отчаянье. – Где тебя носило, когда ты еще могла помочь?

Хельда только бросила на него взгляд, полный презрения и брезгливости, и подкинула в воздух птицу, отпуская ее в небо:

– Кувыркалась в постели с хорошеньким южанином. Или даже парочкой. Кто их считает? – процедила она сквозь зубы и резко добавила: – Уйди, ты мне мешаешь, Кнут!

– Что толку уже! Он мертв! Мертв, проклятая ты ведьма.

Этхельда поморщилась, можно подумать, что это она убила Торема.

Снежная ведьма приблизилась к лежавшему на носилках повелителю. Бледен, без единого признака жизни. Пробитая стрелой грудь не поднималась, и даже судороги уже не проходили по телу. Темная кровь окрасила мостовую.

Ведьма уже поверила в него однажды. Стоил ли он ее подарка? Стоил ли тех надежд, что она на него возлагала?

В любом случае, он стоил того, чтобы дать ему еще шанс.

– В крепость его сейчас же, – скомандовала Этхельда, сама быстрым шагом следуя за подогнанной повозкой.

– Кнут, что с нападавшими?

Рыжий друг Торема покосился на ведьму, но все же, хоть и нехотя, ответил.

– Двое взяты в плен, остальные перебиты. Принцесса исчезла.

– Плевать я хотела на эту элехорийскую суку, – поморщилась Хельда. – Вели казнить пленников и выбери парочку горожан. Пусть все видят, чем чреваты нападения на нас…

– Нет! – мотнул головой Кнут. – Ты захлебнешься от своей злобы и тьмы, что сожрала твою душу много лет тому назад. Ты только вредила всегда Торему…

– Я всегда его спасала, Кнут.

Всегда, – протянула ведьма в ответ.

Кнут хотел еще что–то сказать, но врата открылись, впуская воинов в крепость. Послышались вскрики, ругань. Но Хельда уже не обращала внимания на окружающих.

– Поверните его на бок, – скомандовала она двум замершим в растерянности воинам, вскочив в повозку, едва ворота снова закрылись, отрезая их от города.

И воины вмиг бросились исполнять ее приказ.

Хельда взялась за древко и с силой толкнула стрелу, дабы наконечник вышел на спине, умело направляя его между ребрами.

Кто–то вскрикнул, кому–то стало дурно. Похоже, служанкам, выбежавшим поглазеть, что там случилось такого. Но ведьма не обращала внимания на собравшихся людей. Она резко обломала наконечник и выдернула стрелу из груди.

Миг, рану охватило голубое сияние. Повеяло чем–то морозным, северным, как ледники в родном Алерне. И Хельда не смогла удержать вздох, ощущая ноющую тоску в груди. Там все было проще.