Пять причин убить тебя 2

- прошелестел Нэйвир, тоже в эту секунду желая вырвать и глаза, и руки и все из туловища торчащее тому зеленому дракону. Переплел пальцы, сцепив руки в замок и сдавленно спросил, - За тем, что она так не любит прикосновения, тоже стоит какая-то история, да? - Гривель весь помрачнел и ссутулился, - Расскажите.

Темный эльф отвел взгляд и помассировал линию челюсти, потому что рот свело от глухой ярости. Нэйвир пара Ингвильд, ему стоит знать. Но даже заставить себя открыть рот оказалось невероятно трудно, потому что и у самого Гривеля ещё не отболело.

Глава 7

Гривель небрежно почесал старый шрам на руке. За преступление и превышение полномочий ему влепили это поганое клеймо. Как будто он в той истории преступник. А ведь он просто защищал своего ребенка.

Темному эльфу плевать на уродливый шрам, на тупую пометку в личном деле, где указано, что он эмоционально нестабилен и агрессивен, и на то, что он официально преступник тоже. Потому что невероятно острой, пронзительной болью отзывается осознание, что него всего-то следы на теле, а у Ингвильд шрамы на сердце и если бы он только был бдительнее, если бы был внимательнее, это можно было предотвратить.

И ей никогда бы не было так страшно, она бы не боялась любить свою пару, не боялась просто жить и оставалась все так же очаровательно ужасно наивна.

- Это случилось несколько лет назад, была прекрасная весна, а мы приняли заказ на проверку довольно крупного острова, времени нам отвели два месяца. - тяжело начал Гривель, до боли сцепив руки в замок, - Агрх, знаешь, меня так злит, что всё это дерьмо случилось только потому что она Чистильщик.

И потому что я, ее опекун, Чистильщик. Будь мы нормальной семьей, нам бы и ритуал нормально провели, и обидеть бы ее никто не посмел никогда. Но если бы я не стал Чистильщиком, то давно бы подох где-нибудь в сточной канаве, а Ингвильд… Никто не хотел брать ребенка с земель, уничтоженных Арамар. Но что так бы ее ненавидели, что так, только расти она среди драконов, то хотя бы в относительной безопасности была. - Гривель был трезв, но голова кружилась так, словно ужасно пьян. Горькая терпкая горечь пьянила похлеще вина.

- Вы же сами знаете, что делает с толпой страх. - прошелестел Нэйвир.

Им обоим ясно, что другие драконы могли просто убить ребенка, в котором видели угрозу. И то, как Ингвильд живет, кем стала - единственно верный выход.

Но Нэйвир о Ингвильд почти ничего не знал, и ему о правильности или ошибках Гривеля судить было проще.