Пять причин убить тебя 2

Неужто мало было мужу того, что сын добровольно отрекся от рода и наследства?

- Замолчи, Ракиша! - отмахнулся вождь, - Этот невежественный сопляк должен понять, что у всего есть последствия! Я никогда не приму Чистильщика в невестки, будь она хоть дочерью императора!

- Даже так. - присвистнул Гривель, находя упрямство Варлана крайне забавным зрелищем. Ах, какая жалость, что он, Гривель, не император, иначе б издал какой приказ, чтоб над Варланом ещё позабавиться.

А то поглядите, какой наглый! Крошечка Ингвильд, это прелестное дитя, по душе не пришлось! Темный эльф, конечно, считал, что у дочери много недостатков, но это вовсе не мешало ей быть самым чудесным созданием в его глазах, и потому тот, кто не способен оценить насколько ценна и совершена Ингвильд - либо сумасшедший, либо дракон.

Вождя Гривель отнес сразу к обеим категориям.

- Надеюсь, ты помнишь о том, что включает в себя традиция отречения? - прорычал Варлан, сжав ворот рубахи Нэйвира, - Так что прояви хоть каплю почтения и снеси это с достоинством.

- и с силой швырнул покорного сына на землю.

Ингвильд вот совсем не сопереживала и не волновалась о Нэйвире, не подумайте, просто букет держать руки устали, поэтому так под ложечкой засосало!

О традициях драконов ей было известно ужасно мало, но что-то на интуитивном уровне подсказывало, что ничего приятного ждать не стоит.

Гривель бросил взгляд на застывшую изваянием дочь и качнулся с пятки на носок.

Почти во всех племенах отлучение от семьи закачивалось односторонним избиением. Отец или глава рода бил изгнанного до тех пор, пока не надоест или не устанет. Такие уж дикие и темпераментные эти драконы - колотят молодняк по любому поводу. Поэтому-то в столь мирные времена все драконы неизменно растят сильных воинов - тяга к дракам у них в крови, и это читается даже в их традициях.

Глава 10

Темный эльф беззвучно выдохнул.

За женишка переживать причин не было - вряд ли вождь сможет серьезно навредить сильнейшему воину архипелага, так, пару синяков оставит. А вот Ингвильд… слишком нежная и ранимая, чтоб равнодушно наблюдать, как ее пару избивают.

И прежде, чем Варлан занес руку для первого удара, Гривель притянул дочь к себе и закрыл ей ладонями глаза и уши.

- Папа? - робко вырвалось у драконицы, и одновременно с этим раздался рваный вдох Нэйвира.