Пять причин убить тебя 2

- оснований запрещать дочери отношения не было, - Но до брака ни-ни!

Ингвильд самое важно прослушала, разобрала лишь это строгое “ни-ни”, и последнее наставление не просто задело, а прямо-таки оскорбило, но вместо возмущенного: “Как ты мог такое обо мне подумать? Чтоб я и с драконом!?”, у Ингвильд вырвалось вызывающее:

- А почему это тебе можно, а мне нет? - Гривель аж поперхнулся, - Ты ни одной юбки не пропускаешь, а мне, значит, побаловаться запрещаешь? - засранка бесстыжая, “побаловаться” ей захотелось, совсем распустилась!

- Это… другое.

- размыто ответил темный эльф, подбирая аргументы в пользу благочестивой жизни, - Мне можно. Тебе нет. - драконица недовольно скривила губы, интересный какой, она, вообще-то, с него пример берет!

- Это не ответ. - скрестила руки под грудью, магией подняв стакан с пола. Ингвильд не знала почему, и не понимала зачем, но вытрясти нечто вразумительное касательно этой табуированной темы хотелось.

Она, может, скоро выйдет замуж, нужно же знать, с чем предстоит иметь дело!

- Ты девочка.

Вам так нельзя. - единственное, что нашелся сказать Гривель.

Да и как обьяснить-то ей, что он, между прочим, не от хорошей жизни стал таким мерзавцем-подонком-козлом-бабником-алкашом-подлецом-гадом-отморозком. И делать как он - плохо.

- То есть… - опасно прошипела драконица, - если я выйду замуж за Нэйвира и он у тебя дурного наберется, ты его оправдаешь и мне молчать велишь, потому что мальчикам можно? - и аж побелела от злости, скрежетнув зубами.

- Ингвильд, ну что ты в самом деле? - простонал Гривель, давя на виски, - Я свободный мужчина, у меня нет пары, а вы совершенно другое дело.

И, чтоб ты знала, дела я имею исключительно со свободными женщинами. - но дочь сие откровение не успокоило.

- Я могу убить Нэйвира. Тогда будет можно? - язвительно уточнила драконица, пытаясь выпытать у отца какую-то сакральную тайну, согласно которой ему можно почти все плохое, а ей наказано жить праведно и благочестиво. Даже ругаться грязно отец запрещает!

- Так хочется? - скептично уточнил Гривель, - Ничего, я знаю, как с дурью в твоей голове бороться.

- верным признаком сомнений и душевных метаний Ингвильд всегда были абсурдные причины для ссоры. Обычно ещё и на пустом месте.

- Ой, папочка, может не надо? - слезно спросила драконица, тут же забыв про все свои претензии, возмущения, ещё и тон сменила и противное “папочка”, которым обычно брезговала, так мягко-ласково протянула.

- Меч доставай. - приказал Гривель, надевая кожаные перчатки.