Пять причин убить тебя 2

- пожимает плечами, мол, до обморока её изматывать никто тут не собирается.

Ингвильд кивает, вполне разумно, если вспомнить, что она на днях вырезала Арамар, а до этого свалилась от отравления. Купание в колодце по сравнению с этим даже не стоит упоминания.

- Я скажу, когда устану. - произносит драконица, и краем глаза замечает в первых рядах Нэйвира. Ха, и зачем он пришел?

Резко отворачивается под звучное “пф” от Гривеля и старательно изображает крайнюю незаинтересованность левой трибуной.

- И все же бестолковые эти драконы.

- говорит темный эльф, разминая руки, - Войн не ведут, солдат не обучают, наемников или охотников тоже, а на каждом острове по огромному тренировочному плацу отгрохали. - и окидывает долгим взглядом двухметровые каменные стены.

Тренировочный плац представлял собой большой круглый котлован, вырытый в земле. Стены и и пол укрепляли магией и укладывали камнями, чтоб их не размыло дождем, по краям ставили небольшое ограждение и строили вокруг трибуны - на праздники драконы любили помериться силой в поединках и Большой Зал, увы, для этого не подходил.

- Начинаем? - собранно произносит драконица, перехватывая меч удобнее. Гривель кивает, достает свое оружие из ножен, - Я могу использовать магию? - и сразу коварно подумывает о том, что можно ведь и совершенно случайно промазать и запустить снаряд в сторону трибуны.

- Только для усиления и ускорения. - прерывает поток подлых замыслов Гривель, - Иначе дым поднимется, обзор загородишь, и вообще, - многозначительно выдерживает паузу, - ты должна беречь ману и здоровье, и чрезмерная магическая нагрузка тебе сейчас будет лишь во вред.

Ингвильд издает тихий расстроенный скулеж, с магией куда веселее было б. Но думать об этом времени нет, Гривель поднял меч и направил в её сторону, бросая вызов на бой. А медлить - значит показать трусость.

Драконица вздергивает подбородок и кладет лезвие поверх его клинка, после они с дребезжащим лязгом одновременно опускают оружие. Кузнец на трибуне тихо ужасается столь вопиющей небрежности и нарушению правил эксплуатации, сердито бухтит, что не станет затачивать и чинить клинки этих двух Чистильщиков, потому что такие варвары, как они, могут и голыми руками справиться!

У Гривеля опущен меч, его плечи широко расплавлены, а взгляд прямой, величавый, он стоит в открытой позе уверенно и твердо, Ингвильд чуть сгибает колени, готовясь к первому рывку.

Она хорошо знает правила - она нападает, отец защищается.