Шепот ночи

Вместе с ним в единый такт, считай, завибрировали все внутренности. Она приняла входящий вызов.

— Привет, дочь, как там поход по магазинам? — спросил подозрительно спокойный голос матери. — Что-то не слышу шумной рекламы торгового центра или чужих голосов.

— Да Танька зашла переодеваться. Мы нашли на рынке один небольшой магазинчик. Других покупателей пока нет. Продавец кроссворды гадает, — на ходу сочинила целый роман Русалина, особо не ломая голову.

На сочинении подлинных историй Кузнецова успела собаку съесть.

— А, вот как. Вечером покажешь покупки? Тебе бы, действительно, не помешала тройка новых платьев. Не всю жизнь, как мальчишка в толстовке бегать, — произнесла с усмешкой в динамике Ольга.

При этой ее фразе, издевательски озвученной громко на все помещение библиотеки, Триш задумался. Руся нервно побледнела, на расстоянии уловив желание женщины вывести ее на чистую воду.

— Давай, буду ждать.

На этом звонок оборвался. Юноша с интересом взглянул на висящие над входной дверью библиотеки старинные часы.

17:00. Девушка схватилась за голову.

«Ни подруги Таньки, ни денег на вещи, а если приду без них, то допроса с пристрастием не миновать. Семь шкур спустят, замучив коварными вопросами!»

— Ладно, сделаем твою байку частично реальной. Таней обращаться не буду, не мой профиль, но с одеждой помогу, — вдруг произнес Триш, нарушив воцарившееся молчание. — Тройка платьев, да? Будут твоей маме платья. Поехали со мной.

Русалина удивленно взглянула на библиотекаря, проверяя, шутит или нет.

Тот оставался предельно серьезен.

«Значит не пошутил».

— Идем, у нас не так много времени...

Конечно, если бы не мать, Руся вряд ли приняла предложение библиотекаря насчет совместного похода за вещами. Честно, ее саму тошнило от бесконечных рядов одежды, орущей в самых мозгах рекламы и навязчиво любезных продавцов, от которых уйти с пустыми руками не позволяла совесть. А тут еще...

«С Тришем платья смотреть?! С парнем?! Мамочка!»

Обычно мужчины страдальчески закатывали глаза с вечным непобедимым вопросом: «Ты всё?» да с немой мольбой на лице.

Мол, Господи, если ты есть, окончи мои муки — пристрели меня. Их никогда не волновало, что девушка оденет. Хоть мусорный пакет на голову! Им быстрее хотелось, сверкая пятками, сбежать из ада нескончаемой одежды.

Отец Русалины — первый тому пример. Еще Виктор любил побурчать все возможные проклятия в печёнку гения, создавшего эти тупые модные магазины.