Шепот ночи

Ведь она — примерная девочка. Возвращалась всегда вовремя. С «плохими» ребятами не разговаривала. В ее ситуации всё строго через одобрение. Было. Конечно, девчонка скрипела зубами, однако делала. По крайней мере так Русалина жила до сегодняшнего дня, а как сложится дальше — одному богу известно.

— Блатной — некий авторитет в мире криминала, отвечающий за интерес неформальной группы, чьи размеры могут колебаться от малой до объединения городов. Причем он может относиться к жизни зоны, а может и нет. Для того, чтобы им стать необязательно сидеть в тюрьме.

У него должно быть чистое прошлое и приверженность правильных понятий. Он никогда не работает на госпостах или на дядю. Об остальном распространяться не стану. Это ужасы не для женских ушей.

— А то, что ты — библиотекарь, считается работой на государство? Городская центральная — официально муниципальное учреждение, — с интересом задала вопрос Русалина. — Или нет?

— А ты считаешь меня блатным? — усмехнулся в ответ черноволосый.

— Простой человек не стал бы брать на мушку моего отца средь бела дня.

Я, конечно, девушка, но не дура, — буркнула подросток.

Тот загадочно улыбнулся, однако оставил вопрос без ответа.

Она не стала дальше пытать юношу, принявшись задумчиво смотреть в окно автомобиля. Ее мозг судорожно пытался осознать вскрывшуюся правду. Мир для Кузнецовой перевернулся в одночасье, рождая череду вопросов: «Как жить?», «Что делать?», «Чем заниматься?», «Какое будущее ждет?»

В этих размышлениях Русалина не заметила, когда они приехали.

Вдобавок школьница запоздало почувствовала на себе презрительный взгляд. Вздрогнув, она осмотрелась и сразу определила его хозяйку.

Элен недовольно застыла перед вышедшим из машины Тришем. Находясь в авто, Руся не могла слышать слова блондинки через закрытую дверь и поднятое стекло. Тем более библиотекарь находился на расстоянии пяти шагов от авто. Однако подросток отчетливо различила по губам то, что та сказала.

— Что?! Она будет жить с нами?!

Глаза блонды гневно заметали молнии.

Брюнет лишь отмахнулся от соседки. Возражения той его нисколько не интересовали. Ядовито фыркнув, Элен скрылась в подъезде.

Не понимая, как смогла прочитать по губам слова, не умея, Русалина недоуменно заморгала глазами. Словно ответом из подсознания всплыл текст записки: «Очень скоро ты почувствуешь изменения в себе. Не бойся. Так должно быть, незнакомка. Ибо теперь мы связаны с тобой особой связью. Такова цена твоей второй жизни».

Триш оставался равнодушен.