Корректор. Книга третья. Равные звездам

Из-за нее плеснуло ярким теплым светом.

– Пойдемте, – Карина махнула рукой, проходя в открывшийся проход. – А то еще закроет перед носом, с него станется.

Лаборатория встретила их хаосом самого разнообразного оборудования. Шкафы перемежались стеллажами, заваленными электронными платами, помигивали индикаторами и экранчиками какие-то непонятные приборы, мерно гудели невидимые трансформаторы. Карина уверенно лавировала в лабиринте узеньких проходов, и студенты цепочкой пробирались за ней, вздрагивая от доносившихся отовсюду щелчков и жужжаний.

– Не обращайте внимания, – пояснила Карина, проскальзывая под нависающим над проходом стеллажом. – Тут по большей части старый хлам. Бесполезная бутафория, чтобы гостей впечатлять. Не пожалели же люди времени, чтобы все хозяйство расставить, запитать и подключить!

Несколько секунд спустя они вышли на широкое расчищенное пространство. Большой прозрачный щит отгораживал угол зала, а за ним располагалось несколько непонятных установок, опутанных проводами.

Перед щитом стоял длинный пульт с несколькими креслами, над которым светились кубы дисплеев. С одного из кресел навстречу поднялся необъятно-пухлый парень лет тридцати с небольшим. Не очень высокий, немногим выше Карины, в ширину он казался по крайней мере в три раза толще ее. Весело поблескивающие глазки утопали в розовых щеках, а тройной подбородок спускался на неопрятную засаленную рубашку.

– Вечер, Кара, – сказал он, небрежно кивая. – Экскурсию, говоришь, привела? Ну ладно, а то я что-то заскучал в одиночестве.

Кто с тобой?

– Народ, познакомьтесь с господином Овари, – обернулась к студентам Карина. – Самый умный и самый толстый физик в мире. И с самым дурацким чувством юмора, что мне встречался. Вари, это мои студенты. Хочу им показать твою сканирующую установку.

– Чувство юмора у меня, между прочим, вполне приличное, – обиделся Овари, опускаясь обратно в кресло. – А станешь дразниться – не расскажу ничего. Я, между прочим, гордый и обидчивый. Вот выгоню вас всех, тогда узнаешь!

– Тогда я тебе батончик не отдам! – Карина, незаметно для Овари подмигнув студентам, извлекла из кармана палочку «Ореховой вкуснятины» и помахала ей в воздухе.

 – Сама съем.

– Эй! Я тебе дам – съем! – подпрыгнул на месте физик. – Женщинам фигуру беречь положено! И вообще, я себя без взятки оставить не позволю! Ну-ка, давай сюда, пока я не обиделся окончательно!

Получив батончик, он сорвал обертку и откусил сразу половину.