Корректор. Книга третья. Равные звездам

Не копайтесь, а то на меня окружающий народ как-то странно поглядывает. Еще узнают».

«Воображала ты наша! Парс с тобой?»

«Нет. Дома оставила, чтобы в глаза не бросался».

«Ну, значит, никто на тебя не пялится. Воображение сплошное. Ты где расположилась?»

«В зале прибытий, второе окно слева от выхода. Там, где самолет с потолка свисает, помнишь?»

«Поняла. Потерпи немного. Багажа у нас нет, минут через двадцать выберемся. Все, отбой. Посадка…»

«Жду».

Самолет коснулся колесами бетона. Тряхнуло, корпус завибрировал.

Быстро снижая скорость, машина побежала по полосе.

– Она в аэропорту, ждет нас под самолетом, – сообщила Цукка, поворачиваясь к Саматте. – Ты здесь чаще меня появляешься, так что работаешь лоцманом. А поскольку ты у нас большой и сильный, пробиваешься вперед, я в кильватере.

– Так точно, госпожа! – тот шутливо отдал честь. – Держись сзади за пояс, и мы всех протараним. А хочешь, я тебя на плечо посажу? Будешь сверху прорехи во льдах высматривать и мной рулить?

– Надорвешься! – Цукка негромко засмеялась и хлопнула его по руке.

 – Ладно уж, и сзади не отстану.

Карина и в самом деле ждала их под самолетом. Большая, в половину натурального размера, модель двухмоторной учебной «чайки-17» с двухлопастными винтами отблескивала в свете гигантских хрустальных люстр под потолком, включенных по случаю пасмурной погоды. Забившись в угол подоконника, с глубоко надвинутым на лицо капюшоном, с руками, глубоко засунутыми в рукава куртки, она до крайности напоминала мальчишку, отбившегося от родителей.

Завидев на полголовы возвышающегося над толпой прилетевших Саматту, она спрыгнула с подоконника и двинулась было в его сторону, но благоразумно остановилась. Нетерпение нетерпением, но пассажиры сразу с трех рейсов текли навстречу густой толпой. Пробиваться навстречу с ее габаритами – гиблое дело. Разве что эффектором их раздвигать. Она хихикнула, представив себе картину. Нет уж, лучше она еще несколько секунд подождет.

Когда слегка помятая Цукка наконец выбралась из толпы, укрываясь где-то под мышкой у Саматты, Карина, откинув капюшон, бросилась ей на шею.

– Ну наконец-то! – с облегчением сказала она. – Цу, Мати, я так испереживалась! Ох, как же я все-таки по вам соскучилась!

– Эй, а меня обнять? – строго поинтересовался Саматта. – Я-то чем хуже?

– Ничем! – согласилась Карина, выпуская Цукку и крепко обнимая его где-то на уровне солнечного сплетения. – Я вас обоих люблю.