Куда податься бедному отшельнику?

Она легко спрыгнула с коня и потянулась к сумкам.

Роскошное платье в пригородном селение было успешно обменяно на коня и увесистый кошель с деньгами, поэтому сейчас жадничать не с чего.

Лиэр нисколько не переживала за собственную безопасность. Магии в её крови было достаточно, чтобы потягаться и с более сильным противником, а ещё и защита рода. Вот только не предполагала она, что у разбойников и свои умельцы найдутся…

Сзади чётко и уверенно рубанули ладонью по шее, и принцесса сразу же отключилась.

Глава 14

- Глянь-ка, настоящие бриллианты! – восхищённо крутил в узловатых пальцах драгоценную диадему атаман.

- Не простая птичка в наши силки попала, может, ещё и выкуп хороший стребуем, - подручный деловито запихивал под подкладку свою долю.

- С кого? В чувства девчонка теперь придёт нескоро, а на лбу у неё не написано, по какому адресу обращаться.

- А ты куда-то торопишься?

- Да с сегодняшней добычей я смогу безбедно жить не один десяток лет. А если получится поторговаться, то и с ремеслом можно завязать напрочь, - атаман любовно потёр сияющий обруч о рубаху и снова залюбовался блеском камней.

- Я тоже не хотел бы в этих местах кочевать. Неспокойно тут как-то. А эта девица нам провидением послана.

- Вот оклемается, и зададим пару вопросов, а пока через седло её – и в путь, нужно убираться от проклятого места.

- Так ночь же?

- Ничего, по тракту не заблудимся. К утру уже далеко будем, а там срежем через Пустырники.

- В другую сторону? Хитро. Ребятушки, снимаемся!

- Я вот всё-таки насчёт ведьмы думаю.

- А мне бы убраться поскорее, а сказки я где-нибудь в кабаке послушаю.

Драгоценную ношу перекинули через седло, предварительно крепко спеленав. С магами никто не хотел иметь дел, а раз уж довелось, то необходимые меры предосторожности всегда были не лишними.

***

Я подрёмывал вполглаза в седле, Браш ответственно топал по лесной тропе, уверенно находя её каким-то внутренним чутьём. Не прогадал я с коником.

Погони слышно не было, видно, моя песня людям снова не пришлась по нраву. Я усмехнулся. Кто бы мог подумать, что подобным образом можно использовать тягу к творчеству? Теперь становится понятным, почему эльфы так категорично относились к моим выступлениям. Не в эстетике дело, оказывается. И ведь не признались остроухие мерзавцы, из-за чего запрет выставляли.

Я хихикнул, поймав себя на мысли о том, как именно обозвал своих недавних покровителей.