Между тьмой и огнем

– Есть еще одно средство.

Демон ступил Мире на спину, и драконица взревела, встав на дыбы и с гулом ударившись головой о потолок. Свет на пару секунд погас.

– Тихо ты, я же помочь пытаюсь! – перекрывая рев, закричал Раду.

Падший сел между крыл, заставив девушку выгнуть спину, и начал ласково разминать основание шеи. 

– Расслабься!

– Ты у меня на закорках расселся, как я могу расслабиться?

Радомир не ответил и продолжал массировать напряженные спину и шею.

Постепенно возмущенное дыхание Миры успокоилось, и она прикрыла глаза от удовольствия.

– Эй, ангелочек, очнись, – нежно прошептал ректор.

Мирослава открыла глаза и встретилась с взглядом Радомира, удерживавшего их обоих в воздухе. Где-то журчал водопад, щебетали птицы и благоухали настоящие земные цветы, наполнявшие воздух ароматами жизни и любви.

– Ах, и вот темный тиран снова в благостном настроении, – ехидно сказала Мира.

– Просто люблю больших женщин, – ухмыльнулся Раду и отпустил девушку. – Надеюсь, ты понимаешь, что по-прежнему остаешься моим "ангелочком" и не должна никому рассказывать о своей новой способности? 

– Хорошо, мой темный властелин, – саркастически отозвалась Мирослава, отвешивая неглубокий поклон.

– Особенно тщательно храни это в секрете от Вальда. Если он узнает о том, что ты стала хоть и маленькой, и хиленькой, и пернатенькой, но драконицей, он пойдет на все, чтобы утащить тебя в Драхенфельс.

– Слушаюсь, о, мой бессердечный владыка, – без прежнего энтузиазма ответила девушка, ректор это почувствовал, быстро обернулся и взял ее за подбородок, заглядывая в честные голубые глаза.

– Мира, я тебя накажу, если ослушаешься, клянусь. Я еще не простил тебе попытку вызнать о моих планах с помощью любовницы.

– Я просто учусь, как ты и просил, – упрямо повторила Мира. – Хочешь, чтобы я перестала пробовать чары на всех, с кем ты спал – составь персональный список, и я стану избегать эту треть студенток академии при следующих тренировках.

– Мерзавка! – с восторгом воскликнул Раду и рассмеялся. – Ну, как такую наказывать?

Мирослава хулиганисто ухмыльнулась и улетела в дом.

Вечером, переписывая очередное скабрезное послание для не в меру расписавшегося Доктора Ф, Мирослава вспоминала последнюю встречу с Сигвальдом и его слова о плане Радомира.