В отражении зеркал (Книга 1)

А пока мы могли бы спокойно искать возможность вернуться домой. Ректор Академии магических наук - мой приятель, вероятно, он сможет нам помочь. Я связался с ним и попросил зачислить тебя в учебное заведение. Я представил тебя своей дальней родственницей, которой очень хочется учиться основам магии.

Честно говоря, предложение отца повергло меня в шок. Я вообще не верила в магию и колдунов, а здесь мне предлагают учиться в магической академии.

– Пап, какая Академия магии? Ну, какой из меня маг? Я ведь не знаю ни заговоров, ни заклинаний, не умею перемещаться в пространстве, вызывать духов, чем там еще занимаются колдуны? – возмущенно выкрикивала я.

– Тебя этому научат, а чем-то ты и сама овладеешь.  Вместе нам будет легче найти способ вернуться, - начал уговаривать отец.

– А почему я не могу остаться жить у тебя?

– Твое появление придется как-то объяснять, а это привлечет к нам ненужное внимание властей. Поверь мне, Алина, так будет лучше для тебя.

– А если у меня не получится? – продолжала возмущаться я.

– Ну, тогда тебя отчислят, и тебе придется идти работать на магическое сообщество. Иными словами, быть подмастерьем какого-нибудь мага и колдуна.

Мои глаза расширились от удивления, смысл слов отца начал медленно до меня доходить. Мне бы очень не хотелось становиться прислугой у какой-нибудь ведьмы, уж лучше самой попробовать научиться магическому искусству.

– Ну, хорошо. Веди в свою Академию, - печально выдохнула я.

Мы вышли из кабинета, прошли по небольшому полутемному коридору, увешанному портретами, и оказались в центре большого зала с огромными четырьмя колоннами.

Здесь было множество столов, на которых валялись книги и свитки бумаг. Все это время под ногами вертелся кот, льнул к нам, привлекая внимание. 

Через мгновение перед нами появилась арка светящегося портала, откуда вышел мужчина со строгим взглядом, темные пряди волос красиво обрамляли его открытое лицо.  Он был довольно высок, с глазами ярко-голубого оттенка, внимательно рассматривающими каждую черточку моего лица.

Возраст его было трудно определить, скорее всего, ему лет около сорока или чуть больше. На его непроницаемом лице невозможно было прочитать ни одной эмоции.

Мое подсознание было против того, чтобы покидать безопасный дом и идти куда-либо с посторонним человеком, но отец уже обратился к нему.

– Добрый день, Питер, - произнес он довольно учтиво. - Вот эта девушка, о которой я тебе говорил.