Принцами надо делиться!

– Полина, наверное, тебе действительно трудно это представить, но Ирвин и был тем мечом. По велению хозяина оруженосцы сами превращаются в оружие. В оружие, с которым можно не только сражаться, но и творить магию.

От этой новости я сама чуть не села. Как так? Я обязана жизнью этому заносчивому фрику?! Оборотень железный!!!

– Это почётная должность, – позволила себе вмешаться горничная. – Оруженосец это помощник в бою и символ преданности. Почти у каждого влиятельного дворянина есть свой оруженосец, готовый на всё ради господина.

Интересно, из каких побуждений принц взял на службу такого нахала? Навязывался сильнее всех? Или никто больше не захотел превращаться в железяку? Я бы точно отказалась от подобной карьеры – что за радость, быть вещью?

Вслух же я ничего не сказала. Ссор с местными, особенно с теми, кто так добр ко мне, лучше избегать.

– Прежде Ирвин был пажом, как Марко сейчас, а потом ему выпала честь быть представленным принцу, – рассказала Гвен. – Понимаешь, для того, чтобы стать живым клинком своего господина, нужно особое родство их душ.

Ирвину очень повезло, что они с принцем подошли друг другу.

Это все, конечно, серьезные вещи, но я не удержалась и хихикнула. Если они так друг другу подходят, зачем принцу вообще невеста?

О чем я, не в таких, разумеется, выражениях, спросила у подруги.

– Устраивать отборы стало традицией много лет назад. Ландория тогда пыталась завести как можно больше союзов с другими государствами, а узы брака обеспечивали мир наилучшим образом.

Из отборов невест устраивали настоящие празднества, приглашали гостей изо всех уголков мира, чтобы придать событию больший размах и значимость. А сейчас это, скорее, дань моде, – Гвен внезапно нахмурилась. – Не знаю, почему этот отбор был так нужен королю, ведь Дарнеллу всего двадцать четыре...

– Гвендолин, – в комнату без предупреждения вошёл принц Дарнелл, – прости за задержку. Я принёс тебе…

Он замер как вкопанный.

– …ту книгу, – еле выдавил из себя наследник престола.

Ворваться в комнату к двум неодетым девушкам, тут есть, от чего смутиться.

– Здравствуйте, Ваше Высочество, – я вполне сносно присела в книксене.

Ситуация откровенно веселила, и мне стоило огромных усилий сдерживать хитрую улыбку. В корсете и длинных панталонах голой я себя не ощущала и не чувствовала неловкости, потому что полностью не осознавала, что это нижнее бельё.

На Гвен же было жалко смотреть. От страха она оцепенела, губы поджались, как у готового заплакать малыша.