Школа боевых фрейлин

Неужели тоже из тех, кто хочет извести нашу королеву? Подними руки! – она быстро обыскала меня и открыла дверь камеры. – Не вздумай бежать. Всё равно наверх тебе не вырваться, только хуже будет.

Я и не могла бы сейчас бежать, потому просто вышла и отправилась по коридору туда, куда она говорила.

Пол в новой камере тоже был каменным, но зато стоял крошечный стол с деревянным стулом и кровать, на которую я с облегчением уселась, поджав под себя озябшие ноги. Моя тюремщица некоторое время с сомнением смотрела на меня, а потом стащила с плеч вязанную шаль.

- Возьми, - буркнула она. – А то привели голую, а одеяло только на ночь положено!

Я спрятала глаза, чтобы она не увидела моих слёз. Обо мне уже так давно никто не заботился!

Скоро я снова осталась одна, но теперь у меня была кровать и тёплая шаль, в которую я тут же закуталась, даже не подумав брезговать чужой вещью. Немного отогревшись, я закрыла глаза, вспоминая свой сон. Мне нужно было подумать.

Когда-то давно, когда я была маленькой, я искренне печалилась, что не умею греть воду одним движением руки, как мама, и левитировать, как отец.

Бытовая магия моих родителей вызывала у меня искреннее восхищение. Мама не раз ласково подшучивала надо мной и говорила, что глупо завидовать листику ши, когда в сундуке целая ветка. Я никак не могла понять, что она имеет ввиду. Листья дерева ши были деньгами древесников, но у нас нередко не было ни единого листика.

Оставшись одна, я познала все «радости» ведения хозяйства. И свой маленький дом я всегда убирала вручную, и Гра приручила, оседлав его на лету, без всяких заклинаний приманивания.

Поэтому то, что мне удалось каким-то образом активировать зов, казалось мне чудом. Но всё-таки это произошло со мной. Пусть неосознанно, но я сумела вступить в контакт с деревом, излить родовому древу свою боль и тоску по Гра. И тогда оно помогло мне призвать моего дракокрыла.

Эта простая мысль была столь неожиданной, что я даже вскочила с кровати, не чувствуя холода ледяного пола.

Наверное, я выглядела немного полоумной, потому что вернувшаяся орни воскликнула:

- Что это с тобой, сердешная?

Я помотала головой, приходя в себя. Кем это я себя возомнила? Себя, полную магическую пустышку?! Никто из гарси не умел говорить с древом. Говорили, что и среди ра были лишь единицы, кто мог «слышать», о чём шепчет ему листва.

- Ни…ничего, - ответила я. – Со мной всё нормально. Кажется…

Орни неодобрительно покачала головой, совсем как тётушка Фрага.