Школа боевых фрейлин

Нет, буквы были знакомыми, и, кажется, они даже складывались в знакомые слова, но смысл их странным образом ускользал.

Я поморгала и снова уставилась на чёрные значки букв. Они дрогнули перед моим напряжённым взглядом, издевательски сложившись в длинную нечитаемую строку.

- Ну хватит, - ровно сказал Берн и попытался забрать у меня книгу.

- Нет! – рявкнула я. – Не трогайте! – вцепившись в книгу, я упрямо нашла взглядом первое слово. Не могла же я так просто разучиться читать! Я рассердилась на книгу так сильно, как на минуту раньше сердилась на Берна.

«Стоять!» - мысленно приказала танцующим буквам, и вдруг длинная строка без пробелов послушно распалась на отдельные слова.

- При-вет-ствую тебя, по-свя-щён-ная, - медленно прочитала я, напряжённо вглядываясь в проступающий текст.

- Стоп! – Берн накрыл мою руку и отобрал книгу.

Я вскинула глаза и встретила его изумлённый взгляд. И что опять происходит?

- Это тебе ещё совсем рано, - твёрдо сказал он, забирая у меня книгу, достал из ящика стола переплёт с замочком, и защёлкнул его, закрывая.

– Сначала поучимся чему-нибудь попроще, - и он, с сомнением взглянув на скованную книжицу, сунул её в ящик стола. – Держи, - тера толкнул ко мне том в сиреневой обложке. – Открывай на закладке.

- Если вы не объясните мне, почему я сначала не могла прочитать ни слова, больше ничего не буду делать, - сердито заявила я.

- Хорошо, - неожиданно легко согласился Берн. – Но только после того, как ты объяснишь, как тебе всё-таки удалось прочитать приветствие.

Испытующе поглядев на него, не обманет ли, я честно призналась:

- Я рассердилась и…приказала буквам встать смирно.

Берн недоверчиво посмотрел на меня и вдруг рассмеялся. Не знаю, был ли он хорошим магом, но в его открытой мальчишеской улыбке и в смехе точно была магия. В редкие мгновения, когда он смеялся, я не могла отвести от него глаз. Вот и сейчас, засмотрелась и очнулась только от веселого вопроса Берна:

- Значит, ты приказала Книге тайн?

- Книге тайн? – не поняла я.

- В этой книге всего семь заклинаний, древних и очень сильных. Сильнейшие маги крон могут прочесть не больше трёх из них. Остальные четыре считаются утерянными. Учёные утверждают, что текст их стёрт, уничтожен магией. Но есть упрямцы, которые утверждают, что ничто не пропадает безвозвратно. Бумага хранит память об утраченных строках, и когда-нибудь родится ра, который сумеет восстановить текст заклинаний.

Он замолчал. Я вздохнула, приходя в себя.