Школа боевых фрейлин

– Если вы надеетесь таким образом получить знания об отношениях между мужчиной и женщиной, вы впустую тратите время. А конкретно эта книга – это вообще пособие по растлению малолетних. Я ещё выясню, кто её оставил в приличной библиотеке. И вообще пересмотрю содержимое вашего любимого шкафчика. А пока… - он обвёл мою комнату взглядом, сгрёб со стола три цветных томика. – Вам придётся немного потерпеть и почитать другую литературу. Со-овсем другую, - подчеркнул он, остро взглянув на меня, и я покраснела ещё больше, хотя дальше уже было некуда.

Когда Берн вышел, я без сил опустилась на стул. Я была опустошена и глубоко несчастна.

***

- Уже лучше, - снисходительно похвалил тера, уверенно ведя меня в сложных фигурах бального танца. Ты неплохо двигаешься, но почему-то очень скованна. Почему? – он чуть отклонился, чтобы взглянуть мне в лицо.

Я потихоньку перевела дыхание. Теперь, когда он дал мне чуточку свободы, сразу стало легче. Книга, которую я так и не дочитала, произвела на меня странное впечатление.

В глубине души я не верила, что описанная в ней сцена правдива, и тера вроде как подтвердил это, когда сказал, что глупо надеяться получить жизненный опыт из книг. Но когда он вот так обнимал меня в танце, во мне пробуждались сомнения.

А вдруг…вдруг всё то, что я прочитала, правда? Слишком необычные впечатления я испытывала, ощущая сильные руки Берна на своей талии, встречая прямой чуть насмешливый взгляд его синих глаз. Моя неразбуженная чувственность всколыхнулась, и эти ощущения пугали меня.

И в то же время, когда он обнимал меня, я чувствовала себя удивительно защищённой. Для меня, девочки, выросшей среди мальчишек и привыкшей отвоёвывать свою независимость, было странно подчиняться чужой воле, пусть даже в танце. Подчиниться значило поверить, а я никому не привыкла доверять.

А ещё эти его бесконечные придирки!

- Не отворачивайся! Партнёру нужно смотреть в глаза!

- Куда ты меня тянешь? Веду я!

- Легче шаг, ты должна порхать, а не топать, как гвардеец на параде!

Ооох…

И всё же худо-бедно я выучила основные фигуры и их последовательность, и всё чаще завоёвывала скупую похвалу Берна.

С чтением дело обстояло куда хуже. Ну то есть буквы-то я понимала, и даже легко складывала их в слова, но вот смысл прочитанного ускользал, потому что я элементарно не знала значения большинства слов. Берн притащил мне из библиотеки гору словарей, и я зарывалась в них, напоминая себе орни, пытающегося найти клад среди корней.