Ворожея. Выход в высший свет

— Мэтр Эмири, мэтр Арно, метресса, вас ожидают в гостиной, — раздался мужской голос.

Попыталась выглянуть из-за широких мужских спин и рассмотреть хоть что-то. Но ничего не получилось. Наставник и директор поднялись по трем ступенькам вверх, незнакомец находился перед ними, а я топталась внизу, и весь обзор закрывали разлетающиеся полы их плащей.

Поскользнулась, переключив все внимание себе под ноги, и очень осторожно поднялась по ступеням. Затем проследовала в распахнутую дверь вслед за мужчинами, и уже оказавшись внутри, еще раз проверила, цел ли пакет пакета с выпечкой.

— Метресса, позвольте принять ваш плащ? — вежливо обратился мужчина, которого до этого момента не могла рассмотреть.

Выше меня на полголовы, одет в ливрею, на лацкане которой красовался золотой герб. Белые перчатки, начищенная обувь и гладко причесанные волосы. Мажордом выглядел внушительно.

— Могу забрать ваш багаж? — с достоинством поинтересовался он.

— Здесь пирожки, — заколебалась я.

— Пирожки? — озадачился мажордом.

Видимо, гости сюда не приносили с собой выпечки.

— Да, я хотела съесть их на ужин, поэтому взяла с собой, — пояснила ему.

— В этом доме всегда достаточно еды, — с обидой в голосе произнес мажордом и поджал губы. — Позвольте отнести пирожки на кухню?

— Нет. Я сама их съем! — прижала к груди «сокровище», не собираясь расставаться с маминым гостинцем.

Подумать только! Полгода жить у озера, мечтать о вкусностях, и в тот момент, когда держу в руках сладости, их хотят отобрать. Не отдам! Мое!

— Клер, если все это съешь сама, растолстеешь, — иронично заметил наставник.

— И пусть, — хмуро ответила ему.

— Эмири, ты не кормил свою практикантку? На что же ты тратил деньги школы? — внимательно осмотрел мою фигурку директор.

— Кормил, как положено, — заверил его Броссар.

— Кормил, — передразнила наставника. — Хоть бы одно пирожное перепало за это время. Я на вареную телятину уже смотреть не могу.

— Эмири! — ворвался в наш разговор мелодичный женский голос.

Пока передавали одежду слугам, обменивались замечаниями, к нам навстречу быстрым шагом вышла красивая и стройная женщина.

В каждом ее жесте чувствовался аристократизм. Даже порывистое объятие выглядело элегантно, хотя было очень искренним. Я во все глаза рассматривала ее — лицо, волосы, платье, чувствуя себя в вязаной пелерине кухаркой, заявившейся через парадную дверь.

— А со мной не желаешь поздороваться? — мягким тоном упрекнул директор.

— Ах, Арно, — вздохнула красавица и обняла мэтра Вальяна.