Пари, милорд !

Сразу вспоминалось матушкино предупреждение. «Запомни, Софи, тебе не стоит слишком долго общаться с высшими магами», — настойчиво повторяла она. А на мои вопросы, почему, уклончиво отвечала, что я потом сама пойму.

— Я уволил всех докторов, — пояснил Стейн, заставляя меня отвлечься от воспоминаний.

— Но ведь так нельзя! — Воскликнула в ответ.

— Кто сказал? — Холодно спросил лорд.

— Вы не хотите встать на ноги?

— А вы считаете, что кто-то из вашей шарлатанской братии способен меня вылечить?

Стейн рывком приподнялся, его магический контур ярко вспыхнул, и тут же погас, а сам лорд бессильно откинулся на подушки.

— Давайте договоримся, София, — устало произнес он. — Вы не будете донимать меня нравоучениями, а я не стану аннулировать наши договоренности. Все, сеанс массажа окончен, можете быть свободны.

Стейн нахмурился и властным жестом отправил меня прочь.

— Как скажете, милорд, — даже не пытаясь скрыть иронию, ответила своенравному пациенту и подала ему одежду. — Как я понимаю, моя помощь в одевании вам не требуется?

— Правильно понимаете, — процедил Стейн, и мне показалось, что в комнате стало гораздо холоднее.

— Хорошего дня, дорогой, — в тон ему ответила я и, забрав сумку, вышла из комнаты.

***

До полудня мы со Стейном больше не виделись. А ближе к вечеру из Модного дома Лурье привезли одежду, и все закрутилось с такой скоростью, что я и глазом моргнуть не успела, как две приехавшие гномочки-модистки помогли мне надеть платье из жемчужно-серого шелка, соорудили простую, но изящную прическу и сунули в руки букетик из фрезий и фиалок.

— Распоряжение лорда Стейна, — пояснила одна из женщин, а вторая пожелала счастья в семейной жизни, и они бодренько испарились, оставив меня разглядывать в зеркале собственное отражение.

Оно было… красивым. И нежным, совсем как фрезии. А ведь я уже и забыла, что могу так выглядеть. Первые весенние цветы вернули взгляду девичью безмятежность, а светлое платье и красивая прическа словно достали откуда-то из глубин памяти образ юной беззаботной аристократки.

— Это что же, ты теперь станешь леди Стейн? — Послышался знакомый голос, и я, обернувшись, увидела сидящего на подоконнике Олли.

Тот болтал короткими ножками в зеленых замшевых башмаках и вытягивал губы трубочкой, разглядывая меня так, словно пытался решить сложную задачку.