Пари, милорд !

Я замечталась, вспоминая платье из блестящего шелка с отделкой из золотого, словно стекающего по ткани бисера, и не сразу поняла, что происходит. Мобиль резко вильнул, дернулся, налетел на что-то, и меня швырнуло на приборную панель. В голове зазвенело, а шофер грубо выругался и с силой крутанул руль вправо. Мать-Заступница! Что происходит?

С дороги раздался грохот, звон разбитого стекла и громкие крики. Рядом тонко заголосила какая-то тера. Справа послышался грохот и по железному боку что-то чиркнуло. Я только и успела, что пригнуться, и в ту же секунду окно с моей стороны пошло трещинами.

— Каратен ураз! — Сумев, наконец, остановить мобиль, крикнул шофер и высунулся в окно, потрясая кулаком. — Куда тебя понесло, идиот? Совсем сдурел? Ты что, не видишь, что тут люди?

Я потерла лоб и растерянно уставилась на перегородивший дорогу мобиль. Откуда он взялся? Огромный, черный, с затемненными окнами, «Эйшлиц» замер посреди Ульрихштрассе, и из его трубы валил едкий черный дым. Рядом валялась опрокинутая карета, из которой доносились жалобные стоны, на тротуаре толпились прохожие, пытающиеся помочь пострадавшим, а нарушитель отбивался от разгневанных брегольцев и кричал, что его мобиль занесло на обледеневшей дороге и он ничего не мог сделать.

— Никакого спасу от этих лихачей нет, — пробормотал шофер, потирая лоб и разглядывая появившихся полицейских.

Те принялись деловито наводить порядок, а люди взволнованно галдели, обсуждая произошедшее.

— Вы не ушиблись, миледи? — Повернувшись ко мне, спросил шофер.

— Кажется, нет.

Я ощупала голову, чуть повела плечами и потянула на себя дверцу.

— Вы куда, миледи? — Всполошился шофер. — Лорд Стейн велел без промедления доставить вас домой!

— Нужно посмотреть, что с пострадавшими.

— Вы уверены…

Шофер взволнованно говорил что-то, но я его не слышала. Быстро выбралась из мобиля и подбежала к карете. Пассажирку, молодую теру, уже успели вытащить из экипажа, и она лежала на тротуаре и громко стонала, баюкая раненную руку.

— Пропустите, я доктор, — сказала полицейским, и те тут же расступились, позволяя мне подойти ближе.

— Рука… — простонала тера побледневшими губами, и я прошептала обезболивающее заклинание, после которого женщина облегченно выдохнула.

— Голова не кружится? Не тошнит?

Я задавала вопросы, а сама внимательно сканировала внутренние органы. Ага. А вот и еще одна проблема.