Я не та, за кого Вы меня принимаете, декан!

– Или ты боишься руки замарать? Так поздно уже! Они у тебя такие же грязные, как и душа!

Пришлось специально провоцировать отца, чтобы не подставлять Тоно. Купец сорвал со столба плеть и, тяжело дыша, будто пробежал сотню миль, двинулся к скамье.

- Отец, разреши мне! – раздался вдруг возбужденный голос Димаса. – Винни решила слугу пожалеть? Я проучу ее! Она еще будет пощады просить!

- Помечтай, братик! – сказала ему, а сама напряглась, создалось впечатление, что Димас очень хочет выслужиться перед отцом, и на снисхождение мне рассчитывать не следует.

Одновременно поймала ревнивый взгляд Карлоса, брошенный на брата, ведь он не догадался вызваться первым подвергнуть экзекуции родную сестру. А родитель, сощурившись, пристально смотрел в мои глаза, словно пытаясь что-то прочитать в них, потом отдал плеть старшему сыну, который с готовностью принял ее. А я сжала зубы в твердом намерении не проронить ни звука во время экзекуции.

Моим задумкам не дано было осуществиться.

Правда, пощады я не просила, но после первого же удара слезы брызнули из глаз, и я заорала от боли так, что чуть голос не сорвала. Бил меня братик старательно, доставалось не только спине, но и ягодицам. Платье, которое было на мне, от боли не защищало, потом оказалось, что на спине оно было разодрано в клочья.

После последнего удара попыталась встать, опираясь на связанные руки, и не смогла, боль не давала даже пошевелиться. От веревки на руках меня кто-то освободил, а вот помочь подняться не спешили.

- Что сидишь? Уведи ее отсюда! – услышала раздраженный голос родителя.

Приоткрыв глаза, сквозь пелену увидела, что он кричит на мать. Та подбежала ко мне и осторожно подхватила под руку, с другой стороны подошел Начо, и они вдвоем практически поволокли меня, потому что идти я не могла. Неожиданно мать и Начо остановились, я подняла голову и увидела Димаса, который преградил нам путь.

- Теперь-то, наверное, жалеешь, что вместо Начо свою спину подставила? – насмешливо спросил он, стараясь выглядеть уверенным, но бегающий взгляд выдавал его беспокойство.

Я плюнула ему в лицо, силенок у меня на это хватило, да еще просипела:

- Не брат ты мне больше!

Часто моргая, Димас ошеломленно уставился на меня, потом растерянно оглянулся на отца, не зная, как реагировать на мою очередную выходку, но тот, ни слова не говоря, резко развернулся и ушел, Димас с Карлосом поспешили за ним.