Отборная гадина, или Вы нужны нам, Лилли

С колотящимся сердцем подумала, что это договор, оказалось - инструкции на сто сорок два листа. С нею мне до конца недели надлежало ознакомиться и заучить основы. А когда прилетят ящеры с чемоданом, мне следовало принести договор под ясны очи главнокомандующего. Что примечательно, новый он не составил, значит, в старом что-то явно было не так. И чем больше я об этом думала, тем страшнее становилось. Я не могла долго сидеть в четырех стенах, а теперь попросту пропадала в саду, накручивала круги по угодьям мага и пугала прислугу своим эффектом омоложения.

В четырнадцать лет я, желая доказать свою независимость родителям и братьям, угнала домашний маготранс, въехала в фонарный столб у наших ворот и располосовала себе лицо. В пятнадцать лет я влюбилась в соседского мальчика. В сжатые сроки закончила работу над мазью против шрамов, пригласила объект интереса в парк и под сенью струй призналась в чувствах. Он отказал. Я в сердцах пожелала ему провалиться, покрасила волосы и перестала выходить из дома. Однако даже сидя в четырех стенах, не смогла отказать себе в очередной влюбленности.

Мне было шестнадцать, его звали Глен Ногоро. Красивый и статный выпускник военной академии, чарующе улыбаясь с газетных страниц, сделал мне предложение - вступить в ряды грифонов. Родители сказали – нет, я сделала вид, что согласилась, и в тот же вечер сбежала на отбор.

Итого, позавчера я ходила с жуткими шрамами, вчера с мертвенной бледностью и ядовито-зелеными локонами, а сегодня с короткой стрижкой и на полусогнутых ногах.

В академии нас нещадно гоняли на тренировках, дабы мы быстро пришли в форму. Прочие студенты справлялись с заданиями легко, я - не очень, и большую часть времени ходила в синяках, согнутой, стонущей, но не желающей сдаваться. Лич-дворецкий, благородно взявшийся меня опекать, увидев, как я передвигаюсь, с ходу предложил меня добить.

- Не стоит. Завтра будет лучше, - простонала я, пытаясь отдышаться, после того как вышла из ванной и доползла до кровати.

Даниэль хищно сверкнул глазами.

- Я легко верну вас из мертвых, когда время подойдет.

- К вечеру! Я буду в порядке уже к этому вечеру.

- Уверены? – не отступился он. Такое чувство, что мертвый маг давно упокоение не практиковал, хочет размяться.

- Абсолютно! В семнадцать я уже была под боком мужа и под пристальным наблюдением его семьи. Поправилась, у меня отросли прекрасные светлые локоны, кожа стала бархатной, глаза приобрели глубину… И в общем, чувствовала я себя прекрасно.