Отборная гадина, или Вы нужны нам, Лилли

Словом, пренеприятнейшая штука этот договор, до сих пор его заключали лишь с преступниками и врагами народа, но уж никак не с помощниками. Правда, если вспомнить, как главнокомандующий рекрутировал меня, становится ясно, договор – это обычная предусмотрительность подлеца. Нечестная и нарушающая права граждан Грена.

- С ума сошел?! - шикнул принц и поспешил избавиться от свидетелей.

Магов направил к пострадавшим, лисам приказал обыскать столицу, агентов тайного бюро отправил искать пути, по которым поганая я проникла во дворец.

- Повторяю, я ее привез. Через все посты проверки… - покаялся Соро, срывая со свитка печать.

- Умолкни, мученик. Потом расскажешь, на хрена ее приволок, - грубо ответили ему. И только когда зал «под открытым небом» опустел, поторопили: - Давай быстрее. Всегда хотел увидеть его действие!

Главнокомандующий ехидно хмыкнул и сорвал печать.

- Дарривал!

Магический приказ был отдан глухо, но пространство тотчас наполнилось звоном.

От мага в разные стороны хлынули яркие синие всполохи и дымчатые плети. Едва метнувшиеся со свистом ко мне и обдавшие лицо холодом, они вдруг замедлились, сменили направление и под удивленный свист принца-вояки ушли в пол.

По идее, они должны были оторвать меня от «министра» и приволочь к заказчику переноса. Одного они не учли, что я прибыла на бал под чужим именем и ни эти инструкции, ни этот договор не подписывала, так что…

- Дреб, ты ничего не напутал? – спросил принц у Соро.

Тот не ответил. Нервно дернул головой, всматриваясь в меня. Могла бы улыбнуться, я бы послала ему воздушный поцелуй и помахала ручкой, но здесь и сейчас сумела лишь кокетливо взмахнуть ресницами и подмигнуть.

- Не-е-е-т, - протянул главнокомандующий, не желая верить, – только не это, - прошептал он, сделал к нам первый шаг из разделяющих пятнадцати.

А в следующий миг лианы вернулись. Уже без искр и сияния, но со звуком - приволокли визжащий барахтающийся сверток дорогой ткани, в котором с трудом угадывалось вечернее платье.

Рывок - и в руки окончательно помрачневшего заказчика упала настоящая Ирвиния N. Раскрасневшаяся, с зацелованными губами, растрепанной прической, расстегнутым лифом платья, почти сползшем с пышной груди.

- Я был прав! – Лазутчик подался вперед, чтобы рассмотреть руны на золотой печати свитка. А может, и для того, чтобы по достоинству оценить волнующие объемы девчонки.