Наказание для вора

Так что это может быть любой студент или преподаватель Академии, мы помрем раньше, чем найдем его.

— У нас есть приманка, — на этих словах Крейл скривился и перебил Йекати:

— Дай угадаю, ты имеешь в виду моего сына.

— Да, Берти, — пропищал в ответ Фий, раскрыв свои и без того большие глаза еще шире. — Ты ведь не будешь спорить, что твой мальчик явно перешел дорогу кому-то очень опасному в Академии, и, с большой вероятностью, этот кто-то — "третий".

— Предлагаешь устроить засаду? — практически прорычал, хоть и был человеком, а не оборотнем, Крейл: ему совершенно не нравилась идея использовать сына в качестве приманки.

— Нет, не думаю, что у нас получится, — помотал головой Фий, отчего жиденькие тонкие серебряные пряди заколыхались. — "Третий" слишком умен, чтобы попасться. Он затаится. Возможно, надолго.

— Вариант "хуже не придумаешь", — честно высказался начальник. — Останемся с восьмью трупами и без единой ниточки к преступникам, которые могут вернуться в любой момент.

— Выйдем на них, не впервой, — успокоил Крейл. — Что-то ты сегодня нервный, у нас еще где-то завелась банда ликанов-потрошителей?

— Нет, у нас пару тысячелетий назад завелся пресвятой Орден, — Зелан скривился, словно его заставили съесть бочку лимонов. — Сегодня днем имел беседу с лордом де Тиалем, одним из рестанийских паладинов. Та еще заноза в заднице.

— Он выведывал про нападения? Все же пронюхали они?

— Нет, Берти, они

знали

про нападения.

общее

дело, — немолодое округлое лицо мужчины налилось кровью, а голос практически полностью превратился в кошачье шипение. — Так что присутствие под боком паладинов нам обеспечено, как и очередная волна паники — вы же знаете, как они действуют!

Фий тяжело вздохнул.

— Опять патрульным работа.

— Ничего нового, это же Рестания, — философски заметил Крейл. За сорок лет его работы в Управление и года не проходило без подобных серийных нападений, менялись только жертвы и убийцы. Что поделать, всегда найдется кто-то, кто пожелает убить, и зачастую не один. А уж в многолюдной и многообразной во всех смыслах Рестании — и подавно.

***

Мэл вернулся поздно ночью, когда друзья уже спали. Но наутро проснувшийся дракон таки добрался до него.