Рождённые в горах. Звёзды помнят лица

Лучше вы сыграете женитьбу раньше, чем никогда…

– Ты думаешь, никогда не будет легко? – Трюггви присел на то, что первое под руку попало. – Значит, и счастья нет никакого?

– Почему это нет? Счастье в понимании того, что кто-то тебя всегда ждёт дома, даже когда ты задерживаешься, в том, что всякая разлука заканчивается встречей, в тепле объятий… Хотя знаешь, счастья действительно нет, мы сами его создаём. И я даже рад тому, что оно живёт так мало – всё время есть зачем стараться. Знаешь, как мне хорошо, когда Рататоск улыбается?

– Да… – мечтательно ответил Трюггви, вспоминая улыбку Рии.

– Знаешь, а ты прав! Какой смысл ждать лучшего момента? Вдруг потом всё станет только хуже? А если мы будем друг у друга, то хуже, может, и не станет…

– Хочешь сам сделать кольца? – Тайвос заманчиво посмотрел на сына. – Я помогу тебе, но совсем немного. Ты у меня такой романтик! Похлеще меня будешь в молодости. Думаю, тебе это важно.

– Мы начнём прямо сейчас!? – Трюггви сразу взбодрился и вскочил. – Показывай, что делать надо! За ночь управимся!

– Постой, не спеши.

– Но ты же сам говорил… момент… – Трюггви проницательно смотрел отцу в глаза. Спустя некоторое время тот сдался.

– Ла-а-а-адно, уговорил. У тебя есть идея?

Трюггви азартно улыбнулся и закатил рукава рубахи. Дар замерцал на коже и сам сполз с руки на верстак, вращаясь на месте маленькой метелью.

– Идея не из простых, но, ведь, мы не сдадимся, пап? – Трюггви загорелся желанием. Он был готов гореть подобно стали и сиять так же, как укрытое обрывками ткани яйцо.

Он надеялся на то, что отец поддержит его и поможет воплотить безумную идею.

– А ты будешь счастлив, если не сдадимся? – заговорщицки спросил отец, роясь в вещах.

– Больше, чем когда-либо!

– Тогда давай создадим твоё счастье! – Тайвос протянул сыну старенький фартук.

* * *

Вы уверены, что этого раньше не было? – Главарь в который раз спросил у детишек глупый вопрос, стараясь обмануть себя.

Они резвились в дальних пещерах, игрались во что-то и летали. Драконята наткнулись на необычный сталагмит.

Юнец примчался к Главарю и сразу же повёл за собой.

«Я столько времени проводил в дальних пещерах, но так и не запомнил их», – думал Главарь, осматривая «сталагмит». Толстая каменная глыба от пола до самого потолка пещеры, покрытая слабо переливающимися мелкими камнями.

Главарь непременно запомнил бы такое… если бы видел что-то, помимо собственных проблем.

Такого здесь никогда не было. – Ответил Юнец, хотя Главарь и сам это понимал.