Рождённые в горах. Звёзды помнят лица

И такое сковывающее чувство в груди, словно предвкушение, но недоброе. А ещё там горит огонёк по имени Риа.

Трюггви невольно улыбнулся при мысли о ней. Риа сегодня выглядела потрясающе. Наконец она предстала перед всеми той девушкой, которую Трюггви видел в ней всегда. Которую видел только он. И так хорошо, так легко, когда не приходится вглядываться в глубину души, чтобы видеть её ясно.

Ещё Трюггви не отпускали мысли о том, о чём он говорил с Торгни. Парень оказался гораздо настойчивее, чем предполагал маг.

Он не сдавался ни в какую, добавлял в список новые идеи и так сильно расстроился, когда от них отказывались. Было видно, что в нём зажигается какой-то интерес, даже азарт. Но Трюггви с Рией пришлось его утихомирить, пока маг не сжёг парня.

Будь он ещё настырнее, то непременно побежал бы в лес искать демонов и рубить их мечом. Хорошо, что ум в нём водится и он так не поступит.

Сон никак не шёл, поэтому Трюггви сел в постели и протёр глаза. Он поднялся на кухню, сделал пару глотков воды и сел напротив окна, подперев голову рукой.

Вся деревня лежала перед ним как на носу. Все маленькие и хрупкие домишки, из окон которых уже не лился свет.

Парень молча наблюдал за светлячками, которые тоже уже укладывались. Он не знал, спят ли они вообще, поэтому решил для себя, что спят.

Любуясь звёздами и разглядывая всякие созвездия, Трюггви задремал-таки. Он поднялся из-за стола и вернулся в кровать, где обнял одеяло и заснул.

* * *

Наступала ночь, а вместе с ней Новобранец вступал в войска.

Эмоции бурлили в нём, как в котле: кипела ярость, и играл азарт. Он стоял перед входом в так называемую «пещеру смерти» и ждал, когда его запустят.

Драконы со святым огнём кольцом стояли вокруг него, сторожа проход к туннелю, который в случае побега, привёл бы демона в драконий мир. Эти семеро драконов всегда стояли тут, каждый день и каждую ночь. Им приносили еду и воду. Лишь к концу трёх лунных циклов их заменяли другие семеро.

Звездочёт подошёл к Новобранцу, сверкая иссиня-чёрными чешуями, среди которых прятались и серебристые.

С другой стороны стал дракон, которого Человек в плаще назвал Кровоглазым. Единственный дракон-альбинос с полностью белыми чешуями, рогами и костями, но с рубиновыми глазами.

Оба дракона взялись за разные каменные плиты, оттягивая их друг от друга. Новобранец приготовился и расставил лапы, готовясь к быстрому прыжку. Камень тёрся о камень, ублажая слух.

Давай! – крикнул Звездочёт.