Практикующий. Клятва ворона

— Да? А на Варваре этот принцип почему-то не срабатывает, — деланно нахмурился Яблонев, и настала моя очередь смеяться.

Влад больше не пытался узнать, о чем я думала, и всю дорогу до дома мы болтали о музыке. Назвав парню свой топ-десять, я даже не удивилась, когда в шести композициях тот совпал с его. Немного поспорив, мы составили общий хит-парад, и за этим увлекательным занятием я сама не заметила, как мы оказались в моем дворе.

— Пришли. — Я указала на свой подъезд.

— Первый этаж и окна на ту сторону, верно? — приподнял бровь Влад.

— Верно. Слушай… — я запнулась, подбирая слова. — Я хочу быть уверенной в своем решении, каким бы оно ни было. Поэтому… можем мы пока просто узнать друг друга? Не знаю, погулять еще раз, или… посидеть где-нибудь…

— Агата, — спас меня ведьмак от позорного и бессвязного бормотания. — Я понимаю. Связь фамильяра и практикующего — это очень серьезно, и я не в праве настаивать на поспешном решении. Как ты смотришь на то, чтобы прогуляться завтра со мной по проспекту?

Влад снова склонил голову на бок.

Перекатившись с пятки на носок и обратно, я постаралась дышать через нос и не обращать внимания на эйфорию, охватившую меня из-за близости следующей встречи. Уж не знаю, чем там полыхала для него моя аура, но Яблонев сделал вид, что ничего не заметил. Хороший мальчик.

— Если не будет снегопада, то хорошо.

— Снегопада не будет, — утвердил Яблонев.

— Что ж, тогда… Я, пожалуй, пойду. Спасибо, что проводил.

Мне хотелось откусить себе язык, чтобы остановить эту непонятно откуда взявшуюся робость, лившуюся у меня изо рта, глаз и даже, кажется, излучаемую кожей.

Почему он так действует на меня? Нет, не так. Почему я позволяю ему так действовать на меня?

— До завтра, Герцогиня, — улыбнулся Влад.

— До завтра, Князь, — ответила я тем же, кивнув ему, прежде чем припустить домой, где меня ждали мама, горячий чай и пара серий любимых сериалов. Капля обыденности сейчас точно не помешает.

Глава 8

Не помню, чтобы когда-нибудь мне хотелось спать так, как в этот вторник на четвертой паре ИСКа, то есть «историографии социокультурной коммуникатологии».

Подперев голову рукой, я скользила ручкой по желтому листу своей блочной тетрадки, делая вид, что что-то записываю. На самом деле получались какие-то несуразные линии и загогулины, таинственным образом переплетающиеся и соединяющиеся друг с другом.

С трудом подавив зевок, я глянула, как с сонливостью борется Ирка.