Моя маленькая месть

Мелькнула мысль: а не натравить ли на него Флоренс? Нет, пока Деймон дойдет до ручки и согласится на что угодно, лишь бы избавиться от докучливой поклонницы, минет не одна неделя, а у меня в запасе всего пять дней.

— Ты не против?

— А?

Задумавшись, пропустила вопрос Флоренс. Оказалось, она все о том же, о Деймоне.

— Да забирай его со всем суповым набором! У меня парень есть.

Флоренс ждала продолжения, но делиться Эриком с другими, пусть даже его словесным светлым образом я не желала. Анжела не в счет, она подруга, вдобавок сразу дала понять: блондины не в ее вкусе.

— Тишина! Тишина!

Явившийся позже всех айл Шоннери поставил точку в обсуждении матримониальной ценности Деймона Амроза. Отыскав меня взглядом, он попросил встать.

— К сожалению, айла Брели, ваш партнер заболел. Я уж думал, спектакль сорвется, но мэтр Садастер любезно уговорил айла Амроза прийти нам на помощь. По его словам, айл прекрасно знаком с пьесой и любит театр.

Судя по кислому выражению лица Деймона, оба утверждения ложны, но ректору не откажешь. Интересно, что мэтр Садастер посулил взамен: скостить срок преподавания или написать лестную характеристику?

Хм, идея! Почему я раньше не додумалась? Вместо того, чтобы сетовать на жизнь, записалась бы к ректору на прием и рассказала о предвзятости Деймона. В спорных ситуациях зачет принимала сборная комиссия, уверена, я бы с первого раза сдала.

Так и поступлю, если Анжела ничего не придумает, завтра же пойду.

А Деймон… Считай, его тут нет, ты репетируешь с табуреткой. Только вот табуретка оказалась разговорчивая и излишне наглая, придиралась к каждому слову и жесту.

— Может, в Бердыче представляют королев именно так, — Деймон презрительно оттопырил нижнюю губу и прошелся вдоль рампы, будто уставший от славы актер, — но в столице, — он особо выделил голосом это слово, — их не взяли бы даже в служанки.

Пожала плечами:

— Вам виднее.

Спорить с предметами мебели не хотелось.

— Айл Шоннери, — не унимался Деймон, — разве порядочная королева повышает голос, размахивает руками как ветряная мельница?

— Эмм… — только и вымолвил постановщик в мою защиту.

А еще преподаватель словесности!

Перед тобой какой-то зарвавшийся кандидат наук, может, даже просто аспирант, младше тебя на целую жизнь, а ты ему в рот заглядываешь. Будь мне шестьдесят, я бы мигом поставила его на место, да и в свои двадцать два (Алекс, ты победил) найду, чем ответить.

— А я непорядочная.