Моя маленькая месть

И, правда, подождет немного торопыга, не на пороге голодной смерти.

Покосилась на подсобку — Берты не видно. Отлично, иду!

— На ловца и зверь бежит, — взволнованно прошептала Анжела, с опаской посматривая на дверь на кухню. — Я все думала, как его опоить…

— Чем опоить?

Кажется, я поняла, на что намекала подруга. Конфеты с сюрпризом. Деймон заслужил. Самые лучшие, как просил, сдобренные магией, плевком и любовью.

— «Сном праведника». Там мак, болиголов, душица, капля дурмана, белладонны на кончике ножа.

— Ты гений!

В порыве радости расцеловала Анжелу в обе щеки и закружила по лавке.

Как я сама не додумалась! Зачем убивать, когда можно погрузить в сон на неделю? Если Деймон пару дней пропустит работу, его уволят. Или найдут замену. Я благополучно сдам зачет и уеду в столицу. Рядом с Эриком незаконченное высшее не казалось трагедией вселенского масштаба, пусть Деймон жалуется, требует моего исключения — поздно, я своего добилась. Мешало противное «но» — конфеты нужны прямо сейчас, а зелья под рукой нет.

— Давай я заказ отнесу, мне все равно по дороге, — громко, для чужих ушей предложила Анжела и задорно подмигнула: не бойся, справимся. — Пока посыльный вернется, айл успеет нажаловаться.

— Ну, — изобразила сомнение, — если госпожа Озоли не станет возражать…

— Не станет.

Не зря Анжела тревожилась, Берта все-таки подслушивала.

— Давно пора его уволить, — посетовала она.

Посыльный у нас — ветер в поле, ненадежный, как все мальчишки. То он есть, то его нет. И не докажешь, что катался на карусели, а не по городу за покупателями бегал.

— Тогда вот.

Выбрала самую дорогую, как просили, коробку, тщательно упаковала, даже на бантик не поскупилась.

— Домой? — спросила одними губами.

Анжела ответила взглядом.

Ну подружка, ну золото! Пока я воевала с Деймоном, она не только нужный рецепт нашла, но и непостижимым образом ингредиенты раздобыла. Хотя почему непостижимым, с помощью красоты, актерского мастерства и умения притворятся дурочкой. Даже Деймон ей «зачет» поставил, не устоял.

[1] Самая мелкая денежная единица, равная 1/8 крейцера, 1/20 пфеннига или 1/100 кроны.

Глава 4

Сердце колотилось в пятках, временами скакало по полу, но руки не дрожали. Хладнокровно, как и полагается ведьме, отмеряла грамм за граммом, привычно на глаз — к пятому году обучения учишься обходиться без весов. Ну, ошибусь немного, проспит Деймон на день дольше — не жизни же лишится! Он, наверное, сейчас рвет и мечет, колотит в двери запертой кондитерской.