Цветок мака

И сама испугалась своего голоса, настолько непривычно он прозвучал для меня — хрипловатый, склонный к ломкости, но идеально подходящий подростку, которым я сейчас выгляжу. Мамин морок был безупречен во всех отношениях.

— На нашем-то хорошо говоришь? — уточнил он. — А то я Его Высочеству пообещал, что ты расскажешь про местные обычаи.

— Хорошо, — я помедлила перед ответом. — Но я не обо всем говорить могу.

Значит, берут меня сказочницей в дорогу. Что ж, это неплохо. Только вот я действительно не должна была посвящать посторонних во многие вещи, связанные с шаманством и духами.

Это была не просто тайна народа, к которому я себя относила, а тайна, за попытку разглашения которой наказывали уже высшие силы. Впрочем, если бы и не было этого воздаяния, я все равно не стала бы выдавать секреты орков. Тем более Гарму, который являлся конкурентом по многим вопросам Турану, где жили мои родственники.

— Так нам все и не надо, — спокойно ответил начальник охраны. — Я думаю, дипломатам нужны правила поведения, традиции, которые нарушать нельзя, и тому подобное.

Об этом говорить можешь?

— Да.

— Ну вот, значит, все в порядке. — Он обрадованно хлопнул меня по плечу, заставив немного покачнуться. — Едешь с нами.

И мне даже место выделили для сна, где я и устроилась, пытаясь обдумать все, что смогу завтра рассказать, не нарушая никаких законов. Но чувство тревожности не покидало. Удастся ли незаметно от брата выехать из Радая? Что будет дальше с мамой? Она, конечно, за себя постоять может, но я даже представить не могла, во что выльется злость Шуграта.

Время от времени я забывалась в зыбком сне, но постоянно просыпалась в страхе, что гармцы уехали, а меня оставили у орков.

Утром мы отправились в путь рано, чем были довольны даже оба гармских дипломата. Было заметно, что они не выспались, утомились пребыванием в Радае и стремились как можно скорее достичь человеческих поселений. Эвальд проявлял свои эмоции не столь явно, но было видно, что он тоже рад отъезду. Четвертый ночевавший в доме, придворный маг, вышел совсем сонным и постоянно позевывал, не особо стесняясь окружающих.

Но мне казалось, что это лишь обманный вид, при необходимости он мгновенно проснется и ответит быстрее любого в своем отряде. На меня он внимания не обратил, что порадовало. А вот то, что гармский принц опять лишь мазнул по мне равнодушным взглядом, напротив, почему-то расстроило, хотя было бы странно, если бы его заинтересовал бедный орочий мальчик.