Цветок мака

Казалось, он даже засомневался, не уйти ли ему, но потом все же решил остаться и послушать, что я еще расскажу.

— В Радае давно живешь? — начал допрос уже Эвальд.

— С его основания.

Вопросы сыпались безостановочно, не оставляя времени подумать хоть немного перед ответом. Теперь я начала бояться уже не того, что меня раскроют, а того, что ненароком скажу что-то, не предназначенное для чужих ушей. Принц намеревался выжать из меня все, что только мог, но при этом мой затравленный вид явно ему не нравился.

— Понимаешь, — проникновенно начал он, — понимаешь… А как его зовут? — спросил он у начальника своей охраны.

Вопрос того поставил в тупик: моего имени он не знал и знать не мог, так как этого ему никто и не говорил. Впрочем, я и сама его не знала: нам с мамой не пришло в голову, что моими расспросами будет заниматься принц, а остальным мое имя и не понадобилось бы. Но то, что вначале об этом спросили не у меня, дало мне возможность подготовиться к ответу, выбрать то, что показалось мне подходящим.

— Джангир. — И после паузы добавила: — Ваше Высочество.

— О, так он обучаем, понял, как ко мне обращаться нужно, — сказал Эвальд и посмотрел на своего начальника охраны с такой гордостью, будто он лично со мной занимался. — Так вот, понимаешь, Джангир, мы ничего не хотим плохого твоему народу. Нам сейчас важно понять, как себя вести, чтобы ненароком вас не оскорбить. Уж слишком мы разные.

— Про имя он соврал, — меланхолично заметил маг.

— Вам и не нужно мое настоящее имя, — ответила я.

— А больше я ни в чем вам не соврал.

Маг насмешливо поднял бровь, и я похолодела. Мне показалось, он догадался или сумел что-то понять, что артефакт не явился для него помехой. Впрочем, делиться догадками, если у него такие и были, маг не стал.

— Да, на все вопросы Его Высочества ты отвечал честно, — сказал он, позволив мне расслабиться.

Так, в постоянном напряжении от разговоров, и прошел первый привал, окончание которого было для меня настоящим облегчением.

В седло я вскочила с огромной радостью. И почему это раньше мне не нравилось ехать долго? Оказывается, расспросы намного, намного утомительнее. Да и Эвальд вел себя под конец несколько странно. Пару раз я ловила на себе его недоумевающий взгляд, как будто что-то его сильно беспокоило, но что именно, он пока понять не мог. Но ведь, если бы мамин артефакт не сработал на вернувшийся нюх оборотня, он сразу понял бы, что я девушка.