Цветок мака

Но как такое может быть? Я о таком и подумать не мог.

— Предоставь об этом думать мне.

Я похлопал его по плечу, показывая, что доволен его действиями, и скомандовал двигаться дальше. Инор Лангеберг так и не торопился делиться своими размышлениями, поэтому я подъехал к нему, попросил поставить полог тишины и прямо спросил:

— Вам не кажется этот орочий мальчик странным?

— Какой орочий мальчик?

Имитировать удивление магу удалось не очень хорошо, на мой взгляд, явно недостаточно даже для самой захудалой труппы самого провинциального театра.

От фальши, звучавшей в его голосе, я даже поморщился. Нет, лицедейством ему не удалось бы заработать и медной монетки.

— Не прикидывайтесь. Я говорю про этого Джангира.

— Который совсем и не Джангир, — насмешливо продолжил маг, — и Джангиром быть не может. Поскольку это не мальчик, а девочка.

— Девочка?

Я невольно дернул поводья, и конь мой замедлил шаг, но я тут же взял себя в руки, пришпорил его, чтобы опять войти в ритм движения, и довольно нервозно спросил у мага:

— Вы уверены?

Только девочек орочьих мне здесь не хватало! Не дай Богиня, решат, что мы ее похитили или еще чего хуже.

Хотя что может быть для нас сейчас хуже похищения орочьих детей?

— Точнее, девушка, — успокоил меня инор. — Ее артефакт делал очень сильный маг, Ваше Высочество, но я сильнее. Ненамного, но сильнее. Так что отличить девочку с артефактом от мальчика я могу. Но не вы. Мне даже интересно, что в ней насторожило вас, Ваше Высочество?

— Она для меня не пахнет, — кратко ответил я.

Про то, что меня влечет к этой дочери Степи, говорить я не стал: ни к чему нашему магу знать такие подробности, которые позволили бы ему сделать из меня мишень для своих шуточек.

— Не пахнет, значит, — задумчиво сказал маг. — Видно, против нюха оборотней этот артефакт тоже был рассчитан, но заменить женский запах на мужской не вышло, пришлось убрать.

— Почему вы мне сразу не сказали, что это женщина? — недовольно процедил я. — Вы же обязаны беспокоиться о моей безопасности.

А здесь начальнику охраны подсунули непонятно что незаметно для него, а вы молчите.

— И чем угрожает вашей безопасности сопровождение женщины до границы?

Я чувствовал себя дураком. Ведь, исходя из своих ощущений, пусть и таких смутных, вполне мог бы и догадаться о половой принадлежности нашего спутника, точнее, спутницы, а вместо этого насочинял о влиянии на меня шаманского амулета. Кстати…

— А шаманские вещицы у нее есть?

— Нет.