Перворожденный

По периметру гостиной были расставлены небольшие круглые столики с мягкими диванчиками возле них с одной стороны и стульями с другой.

За одним из таких столиков у окна на диванчике и ждал король. Сегодня на нем был светло-серый камзол, выгодно оттеняющий цвет глаз. На губах — радушная улыбка.

— Леди Морено, доброе утро, — привстал в знак приветствия.

— Доброе утро, ваше величество, — откликнулась гостья.

Отодвигая стул и устраиваясь напротив монарха, Катрина вдруг поняла, что в его обществе чувствует себя гораздо смелее и раскованнее, чем рядом с загадочным Нэйтаном.

Уму непостижимо, она боится пленника, запертого за семью замками и лишенного дара, больше, чем человека, способного одним движением бровей отправить ее на плаху.

Вежливые улыбки и ожидание, пока слуги расставили на столе блюда и удалились. Катрина тут же потянулась к чашке с кофе. Вкус был божественный.

— Вчера вы были очень бледной и явно нуждались в отдыхе, — начал Эрик, не спеша намазывая джемом ароматно пахнущую булочку, — поэтому я не стал вас расспрашивать.

Сегодня мне хотелось бы узнать подробности.

«А мне не хотелось их вам рассказывать».

То, что ей вчера показали, было слишком личным. И пусть она ничем не обязана Нэйтану, Катрине казалось непорядочным обсуждать тот этап его жизни. Тем более, к заговору это не имело ни малейшего отношения.

— Что бы вы хотели узнать, ваше величество? — уточнила равнодушно. Каких бы принципов Катрина ни придерживалась, она не имела права лгать королю.

Эрик наклонил голову набок, рассматривая ее, изучая. Булочка замерла в его руке.

— Я так понимаю, Нэйтан открылся вам вчера? — Она осторожно кивнула. — Признаюсь, это большее, на что я рассчитывал. Что вы увидели?

— Его детство, — ответила, надеясь, что королю не захочется вдаваться в подробности, не относящиеся к делу.

Захотелось.

— Детство? — изумился Эрик. Отложил булочку на тарелку, так и не откусив. Между его бровей пролегла морщинка. — При чем здесь детство?

Катрина пожала плечами и сама потянулась к подносу со сдобой.

Если любопытство портило королю аппетит, то она потеряла вчера слишком много энергии и была голодна.

— Не знаю, — проговорила, взвешивая слова. — К заговору, пожалуй, ни при чем. Он хотел, чтобы я что-то поняла.

— Что? — не отставал король.

— Если бы я только знала, ваше величество, я бы вам сказала, — ответила Катрина со всей искренностью. — Пока этот человек для меня загадка.